Книга Системный Друид. Том 2, страница 94 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я задумался, вертя карандаш между пальцев. Кое-что царапало, не давало покоя.

— Дед, а с каких пор пантеры сбиваются в стаи? Кошачьи хищники — одиночки по природе. Каждый зверь держит свою территорию, чужаков гонит или убивает. Это справедливо для любого крупного кота, от рыси до тигра.

Торн посмотрел на меня и в его взгляде мелькнуло одобрение, которое старик выражал крайне скупо.

— Верно подмечено. Обычные пантеры так и живут, каждая сама по себе, встречаются только в брачный сезон и тут же расходятся. Теневые — исключение, и исключение опасное. Их магия работает иначе, чем у прочих мана-зверей. Тень, которой они повелевают, это среда, общая для всех особей разом, будто они плавают в одном озере тьмы. Альфа, достигшая четвёртого ранга, способна протянуть через эту общую тьму нити контроля к младшим сородичам, подчинить их волю, направить, скоординировать.

Он помолчал, подбрасывая щепку в огонь.

— По сути, стая теневых пантер — это один зверь со множеством тел. Альфа видит глазами каждого подчинённого, чувствует то, что чувствуют они, и распределяет роли мгновенно, быстрее, чем волчья стая, которая полагается на вой и язык тела. Пока альфа жива, стая действует как единый хищник: фланговые обходы, ложные выпады, удары с нескольких сторон одновременно. Существо, рождённое для одиночной засадной охоты, вдруг начинает воевать, как отряд солдат. К такому готовы очень немногие.

Я записывал, быстро и коротко, фиксируя ключевое.

— А если альфу убить?

Торн щёлкнул пальцами, сухой звук в тишине хижины прозвучал как хлопок.

— Нити рвутся. Разом. Младшие теряют связь друг с другом и с общей тьмой. Инстинкт одиночки возвращается мгновенно, каждый зверь начинает действовать сам за себя, а одиночная пантера предсказуема: бьёт из засады, один удар, и если жертва устояла, отступает. Опасна, но понятна. Совсем другое дело, чем координированная стая.

Он посмотрел на меня, и в глубине его глаз, обычно спокойных и отстранённых, горел огонёк беспокойства.

— Запомни: вся охота сводится к одному. Найти альфу и убить её. Всё остальное — подготовка к этому моменту.

* * *

Вечер я провёл в подземной мастерской Торна, среди реторт и тиглей, составляя арсенал для предстоящей охоты.

Первым делом яды. Я перебрал запасы, выбирая компоненты для парализующей пасты. Листья лунники, перетёртые в тончайший порошок, легли в ступку. К ним добавился экстракт сонной крапивы, вываренный до густоты мёда, и толика огневки для проникновения через плотную шкуру.

Пропорции я подобрал под кошачий метаболизм, вспоминая особенности из прежней жизни, когда мне доводилось работать с ветеринарными препаратами для обездвиживания крупных хищников. Кошки реагировали на паралитики иначе, чем копытные: доза должна быть меньше по объёму, но концентрированнее, потому что их печень перерабатывала токсины быстрее.

Готовую пасту я разделил на порции, каждая на один наконечник стрелы, и упаковал в глиняные пузырьки с притёртыми пробками, залитыми воском.

Со световыми составами пришлось повозиться дольше. Идея была простой: смесь, которая при контакте с воздухом или от удара вспыхивает ярким белым светом, заполняющим пространство и лишающим пантер их главного преимущества.

Пыльца Ночного Светоцвета стала основой. Я помнил, как она вспыхивала при контакте с влагой, ослепительно и мгновенно. В чистом виде эффект был коротким, доля секунды, но если смешать пыльцу с порошком селитры и щепоткой измельчённого фосфорита, который нашёлся среди запасов Торна, время горения увеличивалось до четырёх-пяти секунд, а интенсивность свечения возрастала втрое.