Книга Столетний, страница 110 – Даша Бунтина

Начались повторные допросы жителей, все это сковывало еще сильнее. Желание свободы больше чем когда-либо выдавало самых недовольных. За что офицеры особо буйных жителей отправляли на допросы в Дом Следствия. Откуда те возвращались совершенно другими людьми, без притязаний на другую жизнь или свободу. Пытки и их разнообразие пугали жителей. Шпионы, по слухам, были везде. Тин иногда задумывалась, а пытал ли Таш жителей и каково это, мучить другого человека? Сама она вспоминала, как воткнула нож в бедро Тяо, с отвращением, в такие моменты желчь подкатывала к горлу. Ветерок ласкал щеку, когда Тин, посмотрев на рис, едва не расплакалась. Близилось время сборки урожая. Близился срок, отмеренный Той.

Сегодня был день рождения Тар, и ноги Тин отчего-то сами повели ее в сторону дома подруги. Темные мысли накрывали безвозвратно. На крыльце она отбросила все, что привиделось, и занесла руку, чтобы постучать, но дверь распахнулась прямо перед носом, а на пороге стоял Тжи. Увидев Тин, он смутился и покраснел. Они не виделись с того самого дня, когда она его оттолкнула. Сгорбившийся, понурый, ей так захотелось взять и обнять его, но нельзя. Она сама оттолкнула его. Сама.

— Привет, – сказала Тин недоуменно.

— Привет, я тут заходил проведать, – ответил Тжи сбивчиво.

— Да, я тоже.

— Ну, пока. – Тжи обошел Тин и, опустив голову, пустился прочь.

Тин застыла, развела руками.

— Ты чего это, Тжи? – крикнула она ему вслед, но он не обернулся. Тин заметила его пылающие уши. Он намеренно избегал ее, и дело было не в том, что их дружба стала невозможной. Здесь крылось что-то еще, и Тин решила это выяснить.

Она вскинула руку и постучала. Дверь отъехала в сторону. Тин так соскучилась, что сердце сжалось, а губы затряслись, и Майя, заметив это, притянула ее к себе со словами:

— Деточка, ну иди сюда, иди. Мне тоже ее безумно не хватает. – Они долго стояли на пороге, проливая слезы на плечи друг друга.

На Майе было легкое оранжевое платье. Тин всегда любовалась нарядами Майи и Тар – все, что у них было, Майя шила сама. Она рассказывала, что в Мун все носят цветные одежды, черный и серый цвет используют только в траур. Тин не могла представить себе этого и втайне мечтала побывать в Мун. Но это были детские мечты. Чтобы обычному жителю пересечь границу, нужно специальное разрешение и причина для выезда. Тин не торговала и не представляла интереса для Мун или каких-либо других провинций.

Родители Майи были обеспеченными и при отъезде дочери вручили внушительную сумму, чтобы ей не пришлось голодать, но, конечно же, на границе все средства конфисковали. Майя принесла позор в свою семью, выйдя за Тежа и родив Тар, но ее родители все равно продолжали любить ее, несмотря ни на что, и писали письма с просьбой навестить дочь, но им отказывали. Майя теперь была Смешанной из семьи ТС-014. Все связи со Смешанными семьями для высших кланов отвергались.

Добиться разрешения видеться с дочерью они не смогли. Майя занялась единственной работой, какую умела делать, начала шить одежду. Сначала заказов у нее было мало, но потом появились клиенты, и хоть чуть-чуть, но она смогла приносить в дом деньги. Майя и Теж познакомились, когда Майя приехала ради образования в нижние провинции, тогда это еще было разрешено и проводилось в ознакомительных целях. Богатые провинции снаряжали отряды и на лошадях и повозках везли показывать, как живут те, кому повезло меньше. В свою очередь, из провинций Шун, Чжан и Тэнси никто и никогда не выезжал.