Книга Мышкино чудо не тает, как снег, страница 20 – Одария Вербенова

С этими словами он ушёл. Ушёл из гостиной, из дома. Ушёл из моей жизни, где остаюсь одна, сидящая на полу.

Я позволила себе горько заплакать.

А уже вечером, выйдя на улицу и обойдя весь дом, дойдя затем до охотничьих домов, чтобы поспрашивать местных, я поняла, что Фестер и в самом деле ушёл, оставив после себя лишь узкие лыжные полосы на снегу и надлом в моей душе.

Я проснулась с рассветом.

Выпила чашку кофе, оделась, вышла на крыльцо дома и глубоко вдохнула колючий воздух.

Мой одноэтажный домик, затерянный среди деревьев, кажется страннику пустым и одиноким — и это действительно так.

Вокруг меня лишь сосны, покрытые густым и плотным слоем снега, чей блеск в солнечные дни слепит глаза. Меня зовут Клара Мышкина, я живу в лесу, и совершенно одна.

Но на то уже не осталось причин.

Прошла неделя с тех пор, как ушёл Фестер. Дни шли, а тоска в сердце становилась всё острее. Она сводила с ума по ночам, а днём мешала хлопотать по дому, заставляя грезить наяву, вспоминать, представлять…

Вся моя прежняя злость давно улетучилась и теперь, словно из меня высосали всю жизнь, я часами могу сидеть на стволе мёртвого дерева и смотреть на горы.

— Трусиха… — выдыхаю с паром.

Иногда моя голова была так пуста, что я теряла чувство времени. Но всё же в эти дни я много думала о своей жизни.

Я думала над словами Фестера, вспоминала выражение его лица и, честно говоря, поняла, что тот был прав. Я убегала. Убежала от семьи, от Фестера, от себя. Я всегда убегала от проблем…

Никто меня не смог бы обидеть так сильно, как уже обидела себя я сама. Только я сама. Меня не прогнали из города, не прогнали из домика в лесу. Но я не выдержала косых взглядов, а просто сдалась, отрезав себе пути к спасению.

Но явился Фестер, чтобы вызволить меня отсюда, раз сама не пытаюсь.

У меня словно открылись глаза. И за это я благодарна нашей встрече, что помогла мне взглянуть на всё иначе.

Даже если мы больше никогда не увидимся…

Задумчиво смотрю на струю пара, выходящую из моего носа. Он так похож на дым, что выходит из печной трубы у каждого из домиков, расположенных неподалёку от моего.

Я часто вспоминаю тот свой сон. Дом в нём пустой и холодный. Таким я его вижу сейчас. Он вдруг стал мне чужим и незнакомым, словно пробудившийся кошмарный сон. Так неприятно теперь в нём находиться…

Но оборачиваюсь и снова захожу внутрь, чтобы закончить сбор своих вещей.

Потому что скоро я возвращаюсь в город.

* * *

Вечером решаю пойти к своему любимому месту и посмотреть на закат. Привычным движением смахиваю снег со ствола дерева и, удобно устроившись на нём, в ожидании смотрю на горизонт.

Через несколько одиноких минут кто-то осторожно касается моего плеча. Вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь: это Фестер! Вскочив на ноги, я жадно смотрю на такое родное и милое лицо.

Голубые глаза парня светятся радостью узнавания. Не в состоянии что-либо сказать я просто молча обнимаю его так сильно, как только могу. Фестер тихо рассмеялся и так же сильно обнимает меня в ответ, прижимая к своей груди.

— Скучала по мне? — спрашивает он.

— Очень, — отвечаю я с болью и радостью одновременно.

— Я тоже.

— Почему ты вернулся? — отстраняюсь, чтобы видеть глаза парня.

— Мне быстро стало одиноко без тебя, и я решил вернуться, чтобы мы жили вместе.