Книга Пленница судьбы, страница 39 – Элиан Вайс

— Три дня, — сказал он, садясь на край кровати. Матрас прогнулся под его весом. — Три дня добровольной пытки. Ты не спала. Ты почти не ела. Ты только и делала, что думала обо мне. Я чувствовал каждую твою мысль. Они были громкими.

— Я думала о том, как чудовищно, до одури ненавижу тебя, — с вызовом бросила Ария, глядя ему прямо в глаза, в эти два алых озера, в которых плясало пламя. — И о том, почему ты выбрал именно меня.

Он замер. Даже магия вокруг него, казалось, перестала клубиться, став вязкой. Повисла звенящая тишина.

— Что ты сказала?

— Ты прекрасно слышал, — она резко села в постели, подтянув колени к груди в инстинктивном защитном жесте, но взгляда не отвела. Ее подбородок был гордо вздернут. — Почему я? В королевстве сотни, тысячи девушек с подходящей кровью, готовых на все. Ты мог выбрать любую — послушную, покорную, которая бы молилась на тебя и была благодарна за каждый плевок. Но ты выбрал меня. Ту, что огрызается, как дикий волчонок. Ту, что не боится твоего гнева. Ту, что смотрит тебе в глаза, даже когда ты рычишь мне «раздеться».

— Ты действительно хочешь знать, почему именно ты? — Даркейн медленно, по-птичьи наклонил голову набок, и в бездне его глаз мелькнуло что-то новое. Изумление? Или, быть может, невольное, глубоко запрятанное уважение? — Неужели ты думаешь, что я выбирал тебя по списку, как выбирают кобылу на случной конюшне?

— А разве это было не так? — ее голос сочился ядом.

— Нет, — он резко, как хищник в броске, подался вперед. Его лицо, пересеченное тонкими шрамами, оказалось в опасной близости от нее. Она чувствовала его горячее дыхание на своих губах, ощущала запах пепла, грозы и мускуса, и его магию, что тянулась к ней невидимыми щупальцами, словно тысячи ласковых, но настойчивых рук. — Ты оказалась единственной. Единственной на всем этом проклятом континенте, чья кровь подошла. Не сотни, Ария. Не десятки. Ты — одна. Ты — не выбор, который я сделал, перебирая варианты. Ты — неизбежность, предначертанная звездами и химией крови.

Ария моргнула. Внутри что-то гулко рухнуло. Это меняло всё.

— Ты врешь, — прошептала она, но в голосе уже не было прежней стали.

— Я никогда тебе не врал, — и это была чистая правда. Он мог умалчивать, но не лгать. Он коснулся ее щеки кончиками пальцев, и Ария вздрогнула всем телом от этого электрического разряда. Прикосновение было слишком долгим, слишком долгожданным, слишком выворачивающим душу. — Твоя кровь уникальна. В ней заключена спящая, но невероятно мощная магия древних. Только твое тело может выносить наследника, который не умрет в первые секунды жизни от переизбытка темной силы. Только ты.

— Моя магия? — Ария дернулась, как от пощечины. — Ты бредишь. У меня нет магии. Меня проверяли с детства.

— Есть, — он не отпускал ее, не позволял отвернуться, гипнотизируя взглядом. — Ты — последний потомок рода, чей дар спал веками, ожидая достойного импульса. И он проснулся. Проснулся в ту самую ночь, когда я впервые коснулся тебя по-настоящему. Ты чувствуешь меня на расстоянии не из-за моей силы, а потому что твоя магия тянется ко мне, как к своей паре. Ты чувствуешь мою ярость, мою боль, мой голод — потому что мы связаны. На равных.

Ария смотрела на него, не веря ни единому слову, но внутри, где-то в районе солнечного сплетения, там, где пульсировал чужеродный узел энергии, она знала: он говорит правду. Этой правдой был пропитан сам воздух вокруг.