Онлайн книга «Дневники фаворитки»
|
— Я сидела… — Садись. София метнулась к своей кровати. — Платье на коленях. И вот так гладила пальцами жемчуг. А потом сказала, — тут она повысила голос, почти прокричала: — «Хочу, чтобы открылась дверь, а там стояла моя мама!». Ничего не произошло. — Дверь-то уже открыта, — басовито заметил Дарил. — И мама вот она. А ты пожелай чего-нибудь другого, — и более вкрадчиво добавил: — Саблю варутанскую, например. — Нет, пожелай, чтобы у меня было платье, как у принцессы, — Гелена оттолкнула брата от порога. — У нас соль кончилась, — робко произнесла Радуца. Софья старательно терла жемчуг, но ни сабля варутанская (ее она представляла плохо), ни платье принцессы (на вкус Гелены оно должно быть нежно-сиреневым), ни простая соль так и не появились. — Должно быть, среди всех жемчужин лишь один селлар затесался, и тот ты использовала. — Хоть увиделись, — поспешила утешить себя и всех остальных София. — Как ты, доченька? — спохватилась Радуца. — Все хорошо, мама, — только и успела произнести. Дверь с шумом захлопнулась, обдав волной воздуха … и растворилась. Ни следа на стене, ни намека на ее существование. От громкого хлопка София вздрогнула. Посмотрела на колени, на которых все также лежало платье. Потерла глаза. «Неужели приснилось?» В комнату заглянула Жейма. — Полночь, а вы не спите, — зевнув в ладошку, упрекнула она. София боязливо бросила жемчужное платье в кресло, и нырнула под одеяло. «Приснится же такое!» Глава 22. В ожидании бала Через день проезжие купцы доставили посылку с сопроводительным письмом от родных. София, принимая тяжелую картонку, сразу узнала почерк Вазека. «Выбирали платье все вместе. По совету молочницы, бывающей в богатых домах (правда, с черного входа), нашли на Васильковой улице замечательную швею. Отец не поскупился, взял лучшее из готовых нарядов. Негоже нашей Софийке идти на осенний бал замухрышкой». Внизу другим почерком, еще более корявым и с ошибками, было приписано: «Мне тоже платье купили! И гораздо красивее твоего. Такое с оборочками, а по подолу птицы и бабочки, а еще… — эту часть послания София оставила на потом. — На центральной площади каждый вечер устраивают гуляния с музыкой. Завтра же с Дарилом пойдем. Тут тебе не скучный монастырь, где бал устраивают раз в году!» — Какая красота! — оценила нежно-голубой каскад юбок Жейма. — Сразу видно руку вдовы Душеницы. Вроде и покрой несложный, а смотри, как ладно село! И подол подбивать не придется, все по росту. Ну-ка, повертитесь, повертитесь! И София вертелась. Стучали каблучки атласных туфелек, взлетали веером кружева с посеребренной нитью, а счастливая обладательница нечаянных обновок все прикидывала, откуда родители узнали об осеннем бале? Неужели волшебная дверь на самом деле открывалась? * * * Прошло еще несколько дней. Бал близился. Это чувствовалось по всему: по блеску глаз учениц, что носились из комнаты в комнату с ворохом лент, по ворчанию служанок, сбившихся с ног от капризов, по суете у ворот, куда родственниками и посыльными доставлялись свежесшитые наряды для претенденток в будущие королевы. Освоившись и узнав родословные соседок, Софья поразилась, как ей вообще удалось попасть в столь именитую компанию? Не говоря об обитательницах других этажей, кому бал не был в новинку, и кто с иронией поглядывали на восторженных новичков, рядом с собой Шиповничек обнаружила сразу двух принцесс иностранных государств, младшую дочь губернатора Кардовар Пиппу (вот про кого на самом деле можно было сказать «серая мышка», а вычурные наряды и густые румяна лишь подчеркивали блеклость лица), полдюжины представительниц самых высокопоставленных родов Дамарии и парочку из семейств похуже, но обладающих значительными средствами. |