Книга Кто вы, профессор Верещагин 1, страница 77 – Татьяна Матуш

Повернулся он без скрипа и без усилий. Ход, а, точнее, лаз был высоким и узким. Внутри — плотная, слежавшаяся темнота.

— Я с тобой не пойду, уж не серчай. Нечего простому человеку в дела благородных лезть, как не сторожись, а выйдешь виноватым…

— Свечку дашь, — перебил я.

— Дам, что с тобой делать, — вздохнул Степаныч, — и, если что услышу, свистну тихонько. Вот так, — приказчик сложил губы трубочкой и тоненько, почти на грани слышимости просвистел коротко, три раза.

— Понял, — кивнул я, — постараюсь недолго.

* * *

Гул на низкой, тревожной частоте и сухой механический стук я услышал почти сразу — словно где-то там, в глубине пещеры кто-то щелкал костяшками старинных счет и чем дальше я шел, тем он становился отчетливее.

Холодный воздух, пахнущий сыростью и металлом, ударил в лицо. Я оказался в огромном, пыльном подземелье. Для освещения тут использовались старые газовые лампы, но сейчас они, конечно, не горели, а при свете единственной свечи разглядеть я смог немногое: сеть переплетения труб над головой, кажется, они грозились обрушиться в любую минуту. Стены обшитые деревянными досками и покрытые трещинами, словно лицо старика — морщинами.

На крепко, но неряшливо сколоченном постаменте возвышалось… нечто. Громадная, нелепая, но по-своему даже красивая… точнее, атмосферная конструкция, напоминающая гигантские часы с бесчисленным множеством шестерен, маятников и прочих механизмов. На обложке романа в стиле стим-панк она бы смотрелась как родная.

Я поднес свечу поближе, надеясь, что ничего не рванет — кто знает, что тут накрутили местные изобретатели-затейники, но ведра с керосином в открытом доступе как будто не было.

Конструкция состояла из сотен деталей, изготовленных из металла, дерева и даже стекла. Сверху, над главной шестерней, красовалась латунная табличка с двузначными числами и черточкой, обозначающей градусы.

Маятники, словно гигантские сердца, качались в такт невидимому ритму, создавая глухой гул, проникающий в кости. Шестерни вращались с разной скоростью, переплетаясь в сложный узор, от которого закружилась голова. От всей этой мощи и движения веяло не столько наукой, но и каким-то жутким, пещерным мракобесием… Неужели ЭТО работает и поворачивает время?

Я не Станиславский, но, черт, не верю! В дневнике у Ксении «Механический дзен» выглядел солиднее.

Или я придираюсь?

Но нет, я был даже слишком лоялен. Присмотревшись пристальнее я увидел в сплетении механики, в самой глубине четыре… как назвать-то это? Ну, наверное, здоровенные лейденские банки* с тихонько, но довольно опасно искрящими электрическими дугами… они что, на здешней подземной реке умудрились турбину воткнуть? А иначе откуда такой запас в накопителях, потирая друг об друга эбонитовые палочки его не соберешь, даже если весь город тереть усадишь.

Инстинктивно я отступил на шаг — прямой контакт с этим устройством был смертельно опасен… тем более, ничего даже отдаленно похожего на изоляцию я не увидел. Может, она и была, много ли разглядишь с такого расстояния, да с одной свечей. Но — на фиг. Вкус у меня, конечно, не идеальный, но вот кажется, что обгорелый труп только испортит своеобразную эстетику этого места.

Заметил я и пару манометров, но после банок подходить ближе и разглядывать показатели не было никакого желания… а вот убраться отсюда, желательно, наверх и на другой конец города — было.