Книга Опекун для хулиганки, страница 16 – Диана Фад

— К нотариусу собралась? — Рявкаю я.

— А что, нельзя⁈ — Тут же выдаёт она, а собака поддакивает, сверкая клыками.

— Развернулась и переодеваться!

— Вот ещё, как хочу, так и одеваюсь, — осторожно спускается по ступеням и встаёт напротив меня, слишком близко. Смотрит прямо в глаза. — Или ты мне прикажешь? Ну, отдай свой приказ, дядя Жека. У нас же тут военная часть или к чему ты там привык? Давай, приказывай. Только вот знай, я тебе не подчиняюсь. Понял⁈ На!

И тычет мне в морду сложенным в кулачок фигом.

— Ты бессмертная, что ли? — сердито произносит дядя Жека. — Быстро переодеваться, и жду тебя в машине. Иначе никуда не поедем.

— Да не больно-то и нужно, — фыркаю я. — Вернусь к себе домой.

— Значит так, тебе деньги не нужны? — поднимается ко мне опекун и встает на верхней ступени. — Слушай, ты вроде бы уже не подросток, чтобы устраивать бунт и выпендриваться. Ты взрослая и красивая девушка, которая застряла где-то в подворотне без образования, без перспектив. Тебе дается шанс, который бывает не у всех. Пойти учиться, найти хорошую работу, купить жилье. Твой отец позаботился о тебе, и я не понимаю, почему ты относишься к этому так неблагодарно.

— Неблагодарно⁈ — взвиваюсь я. — Потому что ты не жил как я. Не видел, как отец каждый раз возвращается еле живой, избитый и истекающий кровью, а на следующий день ходит весь черно-синий от синяков и ссадин. Он отходил пару недель и снова шел к этим подонкам, чтобы выбить у них наши деньги, получить обратно то, что они забрали обманом. Я каждый раз вздрагивала, когда он возвращался, и каждый раз ждала, что больше не вернется. Все мои уговоры прекратить были бесполезны.

— Зачем он их искал? — еще больше хмурится дядя Жека.

— Чтобы разжалобить их, надавить на совесть. Караулил эту мразь у своего же бывшего офиса и кричал, какие они твари, что обманули, чтобы все вернули. Естественно, его избивали, вышвыривали, и все повторялось снова. Пока совсем не убили.

— И что? Никого не наказали?

— А должны были? По документам все верно. Отец сам отдал им свой бизнес, подделать подпись ничего не стоит. Да и подпись его была на документах. Папа слишком доверял своему заместителю.

Опекун стоит, думу думает, а я разворачиваюсь и иду к себе в комнату переодеваться. Нет у меня сейчас настроения пререкаться с ним, сегодня пусть будет по его, по-опекунски. Поэтому натягиваю свои привычные джинсы, серую водолазку и смываю боевой раскрас. Предстаю перед дядей Жекой такой пай-девочкой, глазки в пол, ручки в умоляющем замочке.

— Ведите меня, дядя Жека, куда нужно. Я в миг повзрослела и теперь буду вас слушаться до гробовой доски.

— Цирк уехал, а клоуны остались, — ворчит тот, спускаясь в гостиную. — После нотариуса поговорим о твоей учебе, а вечером останешься одна, я на дежурство.

— А куда? — несусь по ступеням за ним, не боясь свернуть себе шею. — Чем ты сейчас занимаешься?

Он тормозит в самом низу, и я врезаюсь в его могучую спину, отлетая обратно. Ладно не упала, а опекун, как и не заметил. Только затылок свой почесал в задумчивости и снова двинулся в прихожую.

— Ну не хочешь не говори, тоже мне тайна какая. Если нужно я у Сони все узнаю, — обидевшись кричу ему вдогонку, но тому хоть бы хны.

А на самом деле интересно, где такой молчаливый и вредный дядька работает. Я помню, что раньше они с папой служили, вроде бы военными хирургами. Папа часто мне рассказывал, как они помогали в горячих точках. Это потом уже папу комиссовали, и он ушел с военной службы, а вот дядя Жека вроде бы остался. Но сейчас же он слишком старый для службы или нет?