Книга Вкус счастья в итальянской деревушке, страница 105 – Лоренца Джентиле

Папа, хотелось мне ему сказать, ты так далек от реального мира. Что ты знаешь о моей жизни?

Сегодня утром я перечитала ее и увидела ранее незаметную истину, которая сегодня могла бы стать для меня опорой. Хотя я еще слишком подавлена, чтобы следовать ей в полной мере, думаю, стоит все же попробовать.

Гвидо прислал вчерашний итоговый чек. Такой выручки у нас еще не было! Внизу сообщения стояло «Спокойной ночи», и, когда я перезвонила, его номер был недоступен. Я ломала голову, пока не пришла к выводу, что Гвидо просто подгоняет цифры, чтобы я не переживала. Он же еще не знает, что банк отказал мне в выдаче кредита. Но я не собираюсь говорить ему об этом сегодня. Сегодня на планете Селена государственный праздник. Сегодня я все поставлю на паузу.

Хочу уже отключить телефон, но звонит Данте:

— Твоя машина готова. Или так выглядит. Решает-то все равно дорога.

Эта новость неожиданное огорчает меня. Данте будто открыл дверцу клетки, а я совсем не хочу выходить. Я свободна, могу уехать, но все же остаюсь.

— Не возражаешь, если я заеду завтра?

Он говорит, что немцы выполнили свою работу, а он — свою и что я могу приехать, когда мне удобно. Завтра суббота, мастерская будет открыта только до обеда.

— До обеда, отлично. Еще один момент насчет Вергилия… В воскресенье я как раз еду к тем друзьям на вечеринку. Думаю, это отличная возможность начать его гастрономический тур.

— А, точно… Говоришь, вечеринка? Не уверен, что осел…

— Скажем так, просто дружеские посиделки. Поверь, оно того стоит. Приедете, а там уж решите сами.

К моему удивлению, Данте соглашается.

Идеальное начало моего праздника безделья и отдыха от забот.

Прощаюсь с Данте, выключаю телефон и сажусь за руль Аманды. Сильный ветер разгоняет жару. Сегодня я постараюсь побыть в тишине и внутри, и снаружи. Не буду ни о чем думать; точнее, постараюсь отпустить все мысли.

Продуктовый магазин в приморском поселке стоит на прежнем месте, и перед ним все так же высится фиговое дерево с огромной кроной. Внутри все переделали, и я не узнаю женщин за прилавком, но запах свежего хлеба остался прежним, как и сыры на витрине, и мясные деликатесы, висящие за ней. Меня подмывает по привычке набрать еды на десятерых, чтобы уложить в сумку-холодильник и угостить друзей на пляже. Но я одна, поэтому заказываю только на себя и улыбаюсь продавщице. Как бы мне хотелось, чтобы она разделила мои чувства.

Помнится, где-то здесь была грунтовая парковка, но я ее не нахожу. Не понимаю, как попасть на тот участок пляжа, куда мы обычно ходили. В конце концов сворачиваю на песчаную дорожку к морю, вдоль которой уже стоят другие машины, и оставляю Аманду в просвете между двумя внедорожниками.

— Пойду окунусь в прошлое, — сообщаю ей, как будто она понимает.

Дюны ниже, чем мне помнилось. Еще пара шагов — и я вижу море: бесчисленные переходы синего, как линии мандалы. Снимаю кроссовки и иду на восток, в противоположную от ближайшего поселка сторону. Пакет с продуктами шелестит в сумке. Людей на пляже немного: пожилые пары, компания, устроившая себе обеденный перерыв, семья с детьми. Я улыбаюсь каждому встречному взгляду, мне нравится быть для них просто женщиной, без прошлого, без забот. Это дает ощущение свободы.

Стоило сказать Антонио, что я собираюсь на море, он тут же возник в дверях с солнцезащитным кремом SPF 50, панамой и полотенцем: