Книга Долгая дорога к тебе, страница 30 – Татьяна Рябинина

Идем дальше, все так же держимся за руки, болтаем. О чем-то совсем другом, не о нас, но это неважно. Потому что я все равно как воздушный шарик. Легкая, дунет ветер — и унесет. Так что лучше пусть не отпускает.

И снова время пролетает незаметно. Надо идти домой. Еще немного — и бабушка пустит по следу полкана. Прощаемся до понедельника — ужас, целых два дня, два выходных! Целуемся, все так же осторожно. Наверно, было бы лучше, будь у Рината какой-нибудь опыт, но я все равно рада, что он ни с кем еще не встречался. Как и я.

А дома — сюрприз! — мамочка. Приехала. Раньше я всегда страшно радовалась, когда они с папой приезжали. Всю неделю ждала пятницу. А сейчас… как будто ткнули в воздушный шарик иголкой и выпустили воздух.

После ужина хочу улизнуть к себе на чердак, но не успеваю.

— Даня, пойдем погуляем, — предлагает мама так, что фиг откажешься. — Поговорим.

Глава 16

Дарья

В общем, Тим мне ничем не помог. Да и чем он мог помочь? Запретил бы сыну встречаться с Данькой? Наверняка я выглядела в его глазах полной дурой, но на это точно не рассчитывала.

Зачем вообще тогда попросила о встрече? Хороший вопрос. Наверно, затем, что нуждалась хоть в какой-то поддержке. К кому мне было идти с этим? К Ивану? К Ирине? Вот уж точно не смешно.

Так уж все совпало — и мои собственные мрачные мысли, и полиция, и Тоня с ее «принесет в подоле». На любого парня вспенило бы. Да ведь и не знала тогда, кто он. Я психанула, Данька начала ёжиться. И на дачу-то отправила ее больше для того, чтобы мы обе успокоились. Во всяком случае, я — точно. Так и думала, что приеду в пятницу, тогда и поговорим.

Семнадцать лет — самое время влюбляться. Все равно это случилось бы, рано или поздно. Но сын Тима и Румии… Для меня это было как напоминание о жизни, которая в один момент свернула не туда. Как поезд на стрелке. То, что называется модным словечком «триггер». Не удивительно, что сорвало тормоза.

Кстати, тормоза… пора колодки менять. У реальных тормозов — у машины.

Я ехала на дачу и снова прокручивала в голове разговор с Тимом.

…Он нервно крутил на пальце обручальное кольцо, а я кусала губы, с трудом сдерживая слезы. Молчание давило. Наверно, надо было попрощаться и уйти.

Дернув уголком рта, — еще одна знакомая с детства привычка! — Тим накрыл мою руку ладонью и сказал, уже другим тоном:

— Извини, Даша. Слишком резко получилось. День такой… дурацкий, а тут еще и это. Давай сейчас оба успокоимся и посмотрим на ситуацию в другом ракурсе. Ты же понимаешь, что мы ничего не можем сделать? Если начнем давить, неизвестно, чем кончится. Вспомни себя в их возрасте. Родители уже старые, ни фига не понимают в жизни. Всё в штыки.

Я кивнула. Потому что он был прав.

— Тим… Я не прошу тебя запретить и все такое. Я просто сказала, что мне это не нравится. И что я этого не хочу. Их отношений. Это правда. Но я понимаю, что от нас ничего не зависит. С кем мне было поделиться? С Иваном? С Румией? — Он хмыкнул, убрал руку, отпил глоток кофе. — Я поняла, что одна не вывезу. Поэтому написала тебе.

— Если безобразие нельзя искоренить, его надо возглавить. — Тим отковырнул ложкой кусок торта. — Ну или хотя бы держать на глазах. Для контроля. Запретный плод, сама знаешь, сладок. Можешь внятно сформулировать, чего ты боишься? Залета? От этого никто не застрахован. Я тому живой пример. Что ты так на меня смотришь? Да, мы с Румой поженились именно поэтому. Какая теперь разница? Ринату я подробный ликбез провел. Про пестики-тычинки и прочие резинки. Хотя это, конечно, не гарантия. Но вообще он парень ответственный, серьезный. Не такой раздолбай, каким я был в его возрасте.