Книга Светлее дня, страница 63 – Ирина Родионова, Дарина Стрельченко, Ольга Цветкова, и др.

Он собирался было сказать что-то ещё, но у меня зазвонил телефон. Извинившись, я отошёл в сторону и ответил на звонок, наблюдая, как Мишка подходит к доктору и улыбается во весь рот.

Звонила Вера – моя жена, которая ушла от нас, не выдержав «тягот материнства». Мишке тогда было три. С тех пор ни со мной, ни с Мишкой она не общалась.

— Костя! – взорвалась трубка. – У меня подозрение на рак! Ты в городе? Нам нужно встретиться, срочно! Запиши меня к своему этому, ну который нормальный врач. И слушай, мне занять, наверное, надо будет у тебя. Ты что молчишь? Костя? Алло?

Перед моими глазами встала картина: синяя женская блузка с вышивкой по рукавам и с большими перламутровыми пуговицами. Вера забыла её, когда в спешке уезжала из дома моих родителей, пока мы с Мишкой гуляли у речки. А потом, эту картинку сменила другая: перламутр растворяется в черноте огромного многовекового дерева.

Договор вступает в силу.

— Вы ошиблись номером, – ответил я и нажал на отбой.

Всё началось с молока.

Подозрения вызывала тысячелитровая цистерна, вокруг которой все и собрались. Из неё только что слили молоко в канализацию, и показалось дно. Там, на дне, лежал телефон. Санитарный тест выпал из рук Макса.

— Чей? – спросил Макс. Ответом было молчание. – В цеху запрещены даже часы и кольца, кто принёс телефон?

Лица подчинённых были открыты и честны. Он закрыл глаза и сосчитал до десяти. После чего тихо выплюнул распоряжения – технику, бухгалтерии, уборщице, эйчару:

— Служебное расследование. Уволить. Лишить. Всё стерилизовать. Грязь. Брак. Срыв поставок. Неустойки.

И вышел вон.

* * *

Лысый

В кабинете у Макса нечаянное зимнее солнце полосило стены и стол сквозь жалюзи. Он с отвращением закрыл крышку ноутбука и вышел. «Я обедать». Секретарша Светочка кивнула.

В ресторане он, как всегда, сел за столик у окна и заказал борщ. Но аппетита не было. Он повозил в тарелке ложкой и отодвинул её. За окном шёл снег. В пустое кресло за его столиком уселся незнакомец – крупный мужчина в возрасте, совершенно лысый. Светлые брюки, водолазка. Макс невольно оглянулся – мест в зале было достаточно. Незнакомец положил на подоконник пальто, откинулся на спинку кресла и уставился на Макса с выражением безграничного любопытства. Макс удивился:

— Вы кто?

Тот вместо ответа спросил сам:

— Молочная империя? Оригинально. Хотя и понятно.

— Простите, мы знакомы?

— Представь себе! – Лысый вздохнул, полистал меню и спросил, показывая на отставленную тарелку: – Ты есть будешь?

Не получив ответа, он придвинул тарелку к себе.

— Ты всегда плохо кушал. А я голоден.

Макс открыл было рот, чтобы что-то сказать, но звуков не получилось, и он только пошевелил губами.

Лысый подложил сметаны в тарелку и стал наворачивать борщ с таким аппетитом, что Макс и сам почувствовал голод. Но было поздно – его борщ уже ели, причём неизвестно кто.

— Знаешь, – доброжелательно сказал Лысый, – я обожаю эту славянскую кухню. Сколько ни пробовал разных борщей, так и не смог решить, какой рецепт лучше. Но какое-то понимание у меня всё-таки сформировалось. Во-первых, грибы и рыба не имеют ничего общего с настоящим борщом. Во-вторых, никакой фасоли! Про рецепты борщей без свёклы или без мяса я вообще ничего говорить не буду. – Тут он скорбно покачал головой и несколькими мощными движениями ложки опустошил тарелку.