Книга Десять погребальных нот, страница 22 – Ирина Голунцова

Хань И разбудили жуткая жажда и жар. Разлепив веки и обнаружив, что лежит на каменном полу, она лениво осмотрелась и увидела над собой свод небольшой пещеры. Впереди находился выход, ведущий в туманную лощину. Рядом с ней на полу горела одинокая свеча, которую не мог погасить даже гулявший внутри ветер.

Что действительно выбивалось из общей картины, так это деревянные браслеты, которые сильно напоминали колодки. Кто и как их надел на неё – трудно сказать, а как избавиться от них – вопрос ещё более сложный.

Рюкзак всё ещё давил на спину, что порадовало Хань И. Она увидела мутную бронзовую поверхность на дальней стене пещеры, на которой прыгали блики света, и тут же нахмурилась. Но прежде чем осматривать местность, Хань И сняла с себя куртку и комбинезон, оставшись в термобелье, флисовой кофте и ветрозащитных штанах. Вряд ли ей грозила смерть от холода, но шапку и перчатки она всё же убрала в рюкзак. У неё ещё остался остывший чай в термосе; им она утолила жажду, а небольшая шоколадка помогла унять голод.

И это напрягало. Получается, она не умерла, во всяком случае, организм требовал энергии для функционирования.

«Даже если я умерла, то… мои вещи тоже решили помереть?» – с сомнением подумала Хань И.

Из горла вырвался тяжкий вздох. Как бы Хань И ни пыталась собраться, колени всё же подкосились, и она опустилась на пол. Одна, не пойми где, с минимальным запасом воды и еды. Да что там, из еды у неё осталась пара батончиков, орешки и пакетик вяленого мяса.

— Приехали, – только вздохнула Хань И, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

Ей не хотелось кричать, она просто боялась издавать лишние звуки. Понимая, что следует собраться и найти своих товарищей, Хань И всё никак не могла подняться с колен, продолжая крепко сжимать твёрдую ткань рюкзака и безмолвно плакать. Неизвестность пугала, но не меньше пугало и осознание произошедших бед.

Возможно, прошёл целый час, пока она наконец не взяла себя в руки. Несмотря на относительную безопасность этой маленькой пещеры, из которой ей не хотелось выходить, опасность наверняка настигнет её в самый неподходящий момент. Хань И заставила себя завершить сборы, прокручивая в голове мысль, что ей следовало найти Хань Цзишэ. Только мысль об этой родной бестолочи помогла справиться с накатившей истерикой.

Подготовившись к выходу и с грустью глянув на одежду, которую пришлось оставить, она вооружилась ледорубом. Хань И предпочла не доставать фонарик, а телефон убрала в рюкзак, чтобы ненароком не потерять его, – всё равно здесь не ловила сеть.

В густую дымку тумана вела вытоптанная тропа. Над головой серело небо, и в общем пейзаже проглядывали только кривые очертания сухих деревьев. Атмосфера не из приятных, сырость пробирала до костей, и с каждым шагом земля под ногами становилась более вязкой и мягкой, напоминая глину.

Ступать приходилось осторожно, с пятки на носок, чтобы не издавать лишних звуков. Хань И постоянно оглядывалась, борясь с желанием сойти с тропы, чтобы не столкнуться с… чем-то – интуиция так и кричала о витающей в воздухе опасности. Но заблудиться Хань И боялась куда больше. Там, где тропы, есть люди. Куда-то тропа да выведет.

С каждым пройдённым шагом становилось всё неуютнее. Несмотря на комфортную температуру воздуха, Хань И всё равно вздрагивала, когда холодный туман касался обнажённой кожи. Волосы до плеч щекотали щёки при каждом движении, – будь неладен тот парикмахер, она ведь просила остричь их не так коротко!