Книга Opus 1, страница 137 – Евгения Сафонова

— И ты думаешь, у нас троих получится его победить? – признав весомость аргумента, хмуро заметила Ева. – Сам говорил, ни тебе, ни твоему отцу приструнить его не удалось.

— Получится, – сказал Герберт с обезоруживающей уверенностью. – В конце концов, иного выбора у нас нет. – Он сделал ещё один глоток. – В последний раз, когда мы с отцом отправились в те проклятые развалины, я был далеко не так силён, как сейчас. И мы всё равно ушли оттуда живыми.

— Зачем вы вообще туда пошли? Если дракон не так уж досаждает… пока, по крайней мере…

— Дело принципа. А ещё отец хотел устроить мне испытание. – Герберт отсутствующим взглядом смотрел в пространство, вспоминая дела давно минувших дней. – Мы даже солдат с собой брать не стали – во всяком случае, не в замок. Не хотели расплачиваться их жизнями. Дракона вполне можно победить в одиночку.

Ева вспомнила тот разговор с Эльеном, из которого узнала много интересного о своём чешуйчатом противнике и драконах вообще.

«А они правда собирают себе огромную сокровищницу? – полюбопытствовала она, разглядывая гравюры в книге, услужливо предоставленной призраком. – В наших сказках драконы всегда спят на грудах золота».

«В этом вы не ошиблись, – подтвердил любезный учитель. – Как и во многом другом».

Ева изучила легендарное создание, запечатлённое на пожелтевшей странице. Четыре лапы, крылья, чешуя, цепочка шипов на спине и длинный хвост: типичный дракон, неотличимый от типичных человеческих представлений. На картинке он лежал на берегу реки – если верить книге и Эльену, огненные по своей природе драконы время от времени охотно купались. Даже ныряли в недоступные людям озёрные глубины, когда хотели полакомиться недостаточно шустрым рыбным косяком.

Хоть всерьёз задумывайся о том, сколько правды в давно развенчанных земных легендах про известнейшее озёрное чудовище.

«Никогда не понимала, зачем им золото и драгоценности. Они же всё равно не могут их тратить».

«О, это весьма любопытный вопрос. И поэтичный. – Эльен улыбнулся интересу в её глазах. – Видите ли, на самом деле драконы – величайшие ценители красоты в нашем мире. Как и гномы. Говорят, для них золото и камни поют, и в их блеске и мерцании они слышат мелодии, недоступные нам. Песня золота услаждает им слух… и золото они собирают, чтобы песня эта всегда звучала в их обители».

«И правда поэтично, – оценила Ева. – Надо же… Никогда не думала об этом в таком ключе».

«Люди в вашем мире многое поняли о магии и магических существах. На удивление многое. Но кое-что можно познать и понять, лишь столкнувшись с этим».

Слушая трагический надрыв скрипок в разработке, Ева подумала, что дракон-эстет – не то существо, которое ей хотелось бы вульгарно и примитивно убить. Если честно, ей вообще никого убивать не хотелось, тем более подобное создание.

Особенно если вспомнить о наличии у этого создания громадных зубов, острых когтей и пламени, в сочетании с предыдущими двумя пунктами способном превратить Еву в относительно аппетитный бифштекс.

— Герберт, ты не думал, что с драконом можно… договориться? Эльен рассказывал, они у вас вполне разумные. Пусть в людей и не превращаются. И говорить умеют.

— Сомневаюсь, что дракон согласится услужливо умереть на глазах у обитателей Айдена.

— Ему не обязательно умирать. Мы можем предложить ему устроить такой же спектакль, только с его участием. – Ева пожалела, что на планшете у неё не завалялось обожаемого «Сердца дракона» – для наглядной демонстрации, что за договор способен заключить ушлый дракон с не менее ушлым рыцарем. – Смотри… столица ведь стоит на берегу озера, правильно? Озеро огромное, и в него впадает река. Я могу «победить» дракона так, чтобы он упал в озеро и вроде как утонул. Искать его на дне никто не будет, там очень глубоко, а он проплывёт под водой и…