Онлайн книга «Семь причин убить ваших гостей»
|
— Именно в «Моралиях» впервые упоминаются семь смертных грехов, – говорит он, и Вивьен поднимает голову, вслушиваясь. – Мы с Тристаном провели немало счастливых часов, обсуждая эти тексты, – с улыбкой продолжает он, а Сьюзен кивает. Когда Кэт спросила, религиозен ли Тристан, Вивьен уверенно ответила «нет». Похоже, она ошибалась. Но почему же он никогда не говорил об этом с ней? Наконец служба заканчивается, священник приглашает прихожан подойти и попрощаться с Тристаном. Вивьен подходит к концу скамьи и чувствует, как ее ноги идут не прямо к гробу, а влево, к выходу из церкви. Уже на улице она делает глубокий вдох, наполняя легкие прохладным деревенским воздухом, и смотрит на кладбище. Из-за надгробия появляется чья-то фигура, но затем исчезает. Разум снова играет с ней злые шутки. Она качает головой и выходит за церковные ворота. * * * — Уверена, что не хочешь, чтобы я осталась? – с тревогой спрашивает Кэт. — Уверена. Возвращайся к Зигги, Чарли и малышке, – говорит ей Вивьен. – Я хочу выразить почтение родителям Тристана. Домой можно легко добраться на поезде. Вивьен видит, что Кэт недовольна, но ей точно известно: нет смысла переубеждать Вивьен. Поэтому она крепко обнимает ее и садится в машину. Оглядываясь на церковь, Вивьен видит, что скорбящие уже вышли вслед за гробом Тристана и собрались вокруг его могилы. Даже с расстояния в четыреста метров она различает сгорбленную фигуру Сьюзен и крепкую руку Джима, обнимающую ее; этих людей склеили горе и неиссякаемая любовь сыну, который ушел слишком рано. Вскоре Вивьен медленно идет по тихой проселочной дороге. Впервые она рада, что при ней трость: сегодня ее тело кажется бесполезным, суставы – как желе, мышцы – как каша. К счастью, вывеска «Корабля» попадается почти сразу. В конце концов, это единственный паб в деревне, расположенный между почтой и магазином на углу. В своем письме Сьюзен упоминала, что владелец паба, старый друг семьи, предложил «Корабль» в качестве места для поминок по Тристану. По ирландской поминальной традиции, семья усопшего три дня держит тело дома и остается рядом, чтобы убедиться: человек действительно мертв. Кажется, сам Тристан ей об этом и рассказывал. У него фантастическая память на ненужные факты. Была. Была фантастическая память… Вивьен толкает тяжелую дверь и видит, что никто еще не пришел. Конечно, скорбящие все еще у могилы. Вивьен гадает, что они думают о ее поспешном уходе. Это ведь плохо – уходить с похорон до того, как гроб опустят в землю, но она просто не могла на это смотреть. Даже зная, что Тристана нет внутри, она не могла смотреть, как гроб опускают в яму, как комья земли бросают на деревянную крышку. Все это поставило бы точку. Дверь со скрипом закрывается, и Вивьен по-прежнему в одиночестве идет к столику в углу, ближайшему к дамской комнате, и опускается на мягкий барный стул. Удобнее, чем кажется. «Корабль» похож на любой другой загородный паб. Ревущий камин? Есть. Потертый красный, узорчатый ковер? Есть. Разливное пиво с игривыми названиями? Есть. («Вздыхающая блондинка» наводит на мысли о Джанет.) На барной стойке она замечает фотографию Тристана в рамке, встает и подходит к ней, чтобы лучше рассмотреть. Снимок был сделан до его знакомства с Вивьен. На фото волосы Тристана гуще на макушке, он без очков, а на лице – ни прыщей, ни большого шрама. Нос усеивают веснушки, и сидит он прямо, а не сгорбившись, как она привыкла его видеть. На нем яркая футболка с завитками красного, оранжевого и синего цветов. Голова запрокинута назад, на лице широкая улыбка, словно он вот-вот начнет хохотать. Вивьен смотрит повнимательнее и видит, что правая рука Тристана лежит на спинке стула рядом с ним. Еще она различает с краю чьи-то вьющиеся волосы. Элли… |