Книга Семь причин убить ваших гостей, страница 37 – К. Дж. Уиттл

— Наверное, за ужином съела что-то не то, – объяснилась она потом. – Давай обсудим мой день рождения в другой раз.

— Хорошо, дорогая, но не тяни с этим долго. Это твой день, важный день, нельзя, чтобы ты провела его плохо.

Джанет поднялась наверх и набрала себе ванну. Слова Билла все еще звучали в ее ушах: «Сорок пять… Довольно важная дата…»

«А что, если я вообще не доживу до дня рождения?!» – хотела бы крикнуть она ему, просто чтобы посмотреть на выражение его нелепого лица. В последнее время она позволяла себе замечтаться, какой сказкой станет ее жизнь, когда умрет Билл; но, возможно, судьба распорядилась иначе, и Билл действительно переживет Джанет. Нежась в теплой воде и лопая пузырьки пальцами ног, Джанет вспомнила слова из конверта: «Ты умрешь в сорок четыре». Остальные гости сочли это глупым перформансом, но, оглядываясь назад, Джанет осознала, насколько настоящим был тот вечер. Она вспомнила, как пламя камина плясало в отражении темных глаз Мэттью. Вспомнила насыщенный вкус еды и вина; аромат горящих, капающих воском свечей в канделябрах. Никакой фальши, никаких уловок. И в число внутри конверта она тоже поверила сразу. Она надеялась, что паника, охватившая ее на званом ужине, пройдет, но надеялась тщетно. Скорее, паника затихла внутри нее, словно грохочущий, медленно подогревающийся вулкан в ожидании идеального момента для извержения. Вытираясь насухо и надевая любимую шелковую пижаму, Джанет мысленно сказала себе: не будь глупой. Нужно просто хорошо выспаться и с головой уйти в подготовку к грандиозному шоу «Шепота Софи» на следующей неделе. Ох и любила же она это время: ее модели появлялись в газетах, онлайн-продажи взлетали, а на ее столе неизменно появлялись корзины с шампанским и дорогим шоколадом. Вот что реально, сказала она себе. А не какое-то случайное число на безвкусном званом ужине.

К сожалению, действо пошло не по плану. Незадолго до торжественного завершения Марсель, ответственный за модный показ, потерял бюстье из настоящего золота, которое должна была надеть певица Лила Дейз. Он выкрикивал имя Джанет за кулисами, но та была занята кое-чем другим. Бедный Марсель испытал невероятный шок, когда распахнул шкаф и обнаружил там Джанет – на коленях перед финансовым директором. Ей едва удалось сохранить работу. Хуже всего было то, что она была виновата сама: слишком часто превышала лимит расходов, а финансовый директор ясно дал понять, что закроет глаза на это в обмен на определенное одолжение.

Лицо Джанет только-только вернуло обычный цвет, когда пришло письмо от Мелвина. Она закатила глаза, читая про его безнадежные попытки выяснить что-то о званом ужине, но, дойдя до новости о Стелле, ахнула. Новостной сайт она открывала дрожащими руками. Джанет вспомнила, как в последний раз видела девушку в «Серендипити». Стелла, стоящая так близко к Мэттью, всего на миг встретилась с Джанет глазами. «Я победила», – говорил ее взгляд. И вот она мертва. Джанет захлестнуло сладкое чувство отмщения. Девушка попала под поезд метро на станции рядом с офисом Джанет. Бывает, подумала она.

И тут вулкан внутри нее загрохотал. Числа! Она не помнила, как Стелла открывала конверт на званом ужине, но что, если ее числом было двадцать три? Джанет быстро набрала ответ для Мелвина. Ей нужно было узнать число Стеллы. Потому что если это двадцать три, то числом Джанет могло оказаться сорок четыре. Она пробежала глазами сообщение Гордона, сомневаясь, что он скажет хоть что-то полезное, но на его предложение встретиться снова кивнула про себя. С тех пор она считала дни до похорон. Когда появились новости о троллинге, которым занималась Стелла, они вызвали в Джанет лишь умеренный интерес. Оказывается, в Стелле было нечто большее, чем красивое личико и чувство стиля. Джанет не призналась бы в этом вслух, но вести о троллинге подарили ей даже немного симпатии к Стелле.