Книга Фау-2, страница 31 – Роберт Харрис

— Сегодня ведь праздник, в конце концов.

После было так много пабов! «Заяц и гончие». «Пес и барсук». «Старый колокол» в Херли. «Белый олень» в Неттлбеде. Гостиница «Одержимый рыболов» на Темзе под Марлоу, где они, опасаясь встретить знакомых из Медменхема, все выходные провели в постели и даже еду заказывали в номер, а лебеди плавали взад и вперед прямо под окном, с целой флотилией юных птенцов.

— Лебеди создают пары на всю жизнь, – сказала Кей, когда его голова лежала у нее на коленях. – И поют перед смертью.

— Ты такая романтичная.

— Ну, должен же кто-то из нас быть романтиком.

Он был на десять лет старше, поступил на службу задолго до начала войны, профессиональный летчик. Оставит ли он жену? Майк всегда говорил, что да. Рассказывал, что они поженились скоропалительно летом 1940-го, когда казалось, что каждый день может стать последним. Теперь она недели напролет проводит в Блетчли, делает что-то такое секретное, что даже ему признаться не может. «Мы почти не знаем друг друга… Мы так отдалились… Проклятая война…»

Воспоминания завладели умом с такой странной и потаенной силой, что Кей не заметила, что час пролетел и они уже в центре Лондона, едут по Саутгемптон-роу к ее пересечению с Чансери-лейн. Узнав место, Кей вздрогнула. Дорога была все еще перекрыта.

Старр повернул голову:

— Верно, это то самое место, где упала холборнская ракета. Господи, чуть-чуть в министерство не угодила…

Кей не подозревала, что квартира Майка находится так близко от места его службы. В пятистах ярдах высилось массивное строение из серого кирпича – Эдестрал-Хаус. Оно занимало весь восточный угол Олдвича. Поврежденный летом бомбой, дом выглядел понурым и хворым, как правительственное здание, пережившее осаду революционной толпы. Вход охранялся редутом из мешков с песком и нарядом солдат, высокие окна были заклеены крест-накрест лентами, на крыше вырос лес беспроводных антенн.

Старр наклонился к Кей:

— Ни слова без моего разрешения, ясно?

— Да, сэр.

Воскресным вечером в министерстве было тихо. Старр отошел поговорить с офицером ВВС, сидевшим за столом администратора. Кей обвела взглядом мрачный мраморный вестибюль. В центре висели пропагандистские плакаты. «Ланкастеры» в лучах прожекторов бомбят город. «УДАР ПО ВРАГУ НАЧИНАЕТСЯ НА ЗАВОДЕ. Мощные налеты на Германию продолжаются. Эти грандиозные рейды – общая заслуга английской военной промышленности и ВВС». Кей услышала звук за спиной и обернулась. Женщина из ЖВС удерживала тяжелую дверь, чтобы в нее прошел мужчина на костылях, с правой ногой в гипсе и забинтованной головой. Потребовалось некоторое время, чтобы узнать его. Усилием воли Кей вернула взгляд к плакатам. «Никогда еще столь многие не были обязаны столь немногим».

— Добрый вечер, сэр, – раздался голос Старра.

— Привет, Лес. – Ответ Майка гулким эхом разнесся по пустому вестибюлю.

— Сэр, у вас такой вид, будто вы в бою побывали.

— Что-то вроде того. Ничего серьезного.

— Ничего серьезного?! – Это был женский голос – резкий, властный, возмущенный. – Чудо, что он остался жив, сэр. Наша квартира полностью разрушена.

Кей чувствовала пульсацию крови в висках, в ушах шумело.

— Боже мой! Сэр, когда это случилось?

— Вчера утром.

— Это не та ли «Фау-два», что упала на Холборн?