Онлайн книга «Ложка меда в канистре бензина»
|
Все это Альке рассказал дедушка Хабибулла, когда они приехали в Уфу и жили с ним. Много вопросов возникло у Альки, но дед лишь руками разводил, а спросить больше не у кого. Про умение Альки чувствовать настроения людей я знала с детства. Но никогда не придавала этому особого значения. — И давно ты… Мира? — спросила я, когда Алька замолчала, задумавшись. — Уже третий год! Знаешь, хотела тебе рассказать, но думала, что лучше показать, а ты все не приезжала… Да, не приезжала. И, может, долго бы еще не приехала, вот не было у меня дел в Уфе, если б не смерть Олега, точнее если бы не убийство Олега. Хотя, конечно, на похороны я бы приехала. — Жень, вот когда какая-нибудь дамочка приходит ко мне, я с порога знаю — с чем пришла. Угадываю, что ли. Мне нравится думать, что как у Амины-апп информация идет. Может, так, а может, и нет. Вытаскиваю руну — и начинаю ей про эту руну рассказывать, а в какой-то момент понимаю — права я или нет, подходит этой даме вот эта руна или нет, описывает ее ситуацию или нет. Если чувствую, что нет, беру другую руну. Если до рунического става доходит, то эта дурочка сама мне начинает помогать — думает громко! А то и вообще разговаривать начинает, во мне включается репортер, и она мне все вываливает! Тогда просто гадаю на рунах. И честно рассказываю: куда муж бегает, вернется ли, будут ли большие деньги… Чаще они, конечно, про мужей или любовников спрашивают. У них же все есть — и деньги, и драгоценности, и дома в разных частях света, и почти всегда через этих самых мужей или любовников, вот и держатся мертвой хваткой — не дай Аллах кто-то уведет… Алька нежно провела ладонью по руническому кругу — сначала по часовой стрелке, потом против, положила ладонь на пятиугольник и, разглядывая свои кошмарные ногти, произнесла: — Все то же самое можно делать хоть за компьютерным столом, хоть на пеньке, но людям таинственность подавай, загадочность, да чтоб пострашнее!.. Я подумала о том, что она абсолютно права. Тележурналистка, раскладывающая руны в перерывах между съемками, мало кого впечатлит, а вот если везут ночью с завязанными глазами, встречает тебя готическая ведьма, обстановка самая что ни на есть колдовская… Хотя у Альки, пардон, у госпожи Миры, ни черепов, ни летучих мышей нет, но в остальном это именно то, что людям нравится. Во что верить хотят. За что готовы платить. В кармане платья булькнул смартфон. Игорь! Сказал, что сейчас приедет. Резников явился через полчаса, когда Алька уже успела смыть макияж, отцепить ногти-когти и переодеться. Громыхнув входной дверью, он буквально ввалился в прихожую, и я как-то сразу поняла, что произошло нечто из ряда вон. — Так, девушки, присядьте-ка! Мы уселись на те самые кресла возле стола. Игорь шумно выволок еще одно готическое кресло, но без подсветки, из-за ширмы в углу, пододвинул и уселся сам. Выдохнул. Посмотрел сначала на меня, потом на Альку и пробубнил, мол, вы какие-то совершенно одинаковые. Определенно, что-то случилось! — Альмира, когда ты в крайний раз видела Наталью Родионову? Алька вытаращилась и засыпала его вопросами про эту Наталью. — Повесилась она, — негромко произнес Игорь, перебив Альку. — На собачьем поводке. * * * Наталья Родионова, владелица сети косметических салонов «Натали» в Уфе, Стерлитамаке, Нефтекамске и Октябрьском, имела все необходимое для женской зависти: эффектную внешность, обожающего ее мужа и прелестных дочерей-близнецов. Мужскую зависть обеспечивали Наталье деловая хватка и проницательность. В неполные сорок лет мадам Родионова достигла таких высот в бьюти-сфере региона, что подумывала об открытии салонов «Натали» в соседних областях и столицах — Москве и Санкт-Петербурге. |