Книга Ложка меда в канистре бензина, страница 39 – Марина Серова

Все рухнуло в один момент. Машину занесло на опасном участке трассы Уфа — Белорецк, именуемом в народе «Тещин язык»; там, несмотря на периодически проводимые мероприятия по безопасности, автокатастрофы происходили довольно часто. За рулем «Шкоды» была Наталья, и ее, не зная, жива или нет, из искореженной машины вырезали автогеном.

Наталья выжила, пролежав в коме два месяца. Мужа и двенадцатилетних дочерей похоронили родственники. Старший брат Натальи, владеющий крупным автосервисом в Уфе, занялся ее бизнесом на свой взгляд и понимание — он просто закрыл салоны, выплатив персоналу все положенные деньги, а помещения начал продавать или сдавать в аренду. Собственно, все сделал честно и по закону. Врачи не гарантировали, что пациентка выйдет из комы в здравом уме, да и самого выхода из комы не гарантировали.

Алька познакомилась с Натальей Родионовой, когда та уже вовсю занималась бездомными собаками: подбирала, лечила, стерилизовала, обустраивала и даже пристраивала — в добрые руки, с ненавязчивым отслеживанием дальнейшей судьбы.

Приют с бесхитростным названием «Друг» располагался в промышленной зоне Уфы, где Наталья выкупила большой кусок заросшей бурьяном грязной земли. Все было вычищено и выровнено, огорожено крепким забором, по внутреннему периметру которого очень быстро построили теплые вольеры для собак. Все сохраненные братом деньги ушли на этот приют. Так Наталья выживала, помогая выжить друзьям человека, по вине человека и пострадавшим. Большинство собак было спасено в конце дачных сезонов из разных садовых товариществ; дачники, наигравшись летом, бросали в зиму хвостатых друзей самостоятельно выживать. Или умирать.

Муниципального приюта для бездомных животных в Уфе не было, хотя тема эта периодически поднималась, причем не только общественностью, но и некоторыми чиновниками. В принципе, никто не был против, все упиралось даже не в деньги, а в организационные проблемы.

Наталья организовала и законно закрепила существование приюта «Друг», предоставив бизнес-план, план развития и вполне прозрачную отчетность. Мало-помалу пошла финансовая поддержка от мэрии, одобренная Курултаем, от так называемых частных инвесторов — состоятельных людей, не утративших человечность в погоне за прибылью. Одним из таких был Олег Резников. Разумеется, с подачи супруги.

Первый репортаж о приюте «Друг», профессионально и душевно сделанный тележурналисткой Альмирой Резниковой, показали не только по местным, но и по федеральным телеканалам. Часть репортажа вошла в популярную передачу о животных «Собачье дело», выходящую на главном телеканале страны. Фрагменты, нарезанные из первого и двух следующих репортажей, с согласия Альки, завирусились на просторах интернета. И тогда руководство предложило Альмире Резниковой постоянную, с периодичностью два раза в месяц, авторскую программу о проблемах бездомных животных. Определенное лукавство в этом предложении было, так как финансирование съемок, монтажа и эфирного времени предполагалось возложить на предпринимателя Олега Резникова.

Слушая Альку, я опять поймала себя на мысли об источнике финансового процветания Олега. По словам Ларисы Алексеевны, денег там было много — физических денег, купюрами. Членство в совете директоров «БашНефтеторга» само по себе не делает человека миллионером, даже несколько ограничивает собственный бизнес. Во всяком случае, так по закону. Но собственный бизнес явно был. Не совсем законный, что ли? Или совсем не законный?.. Бензиновые реки текли по разным руслам? Нет, не буду спрашивать.