Книга Второй шанс для мачехи-визажиста, страница 10 – Диана Маш

Вскоре ужин подошёл к концу. На улице уже стемнело. Единственный свет в избе исходил от горящей на подоконнике лучины. Мирослава, поднявшись, принялась прибирать со стола посуду. Но Зима, отодвинув от себя пустую миску, тут же её остановил.

— Ты ещё не оправилась, отдыхай. Сам приберу.

В своей прошлой жизни Мирослава всегда сама вела хозяйство, научилась у бабушки. И тут отлынивать не собиралась. Тем более что ей хотелось попросить Зиму набрать ей воды для купания. Сваливать на него ещё и уборку — решит, что капризная лентяйка. Вдруг выгонит? Лучше не рисковать.

Девушка продолжила убирать.

— Я уже здорова. Чувствую себя хорошо.

Под подоконником лежал почерневший деревянный таз с водой. Рядом — горка кухонной утвари: миски, ложки, глиняные горшки, пара чугунных котелков. Найдя среди этой кучи тряпку, Мирослава принялась мыть посуду.

Внимательно наблюдая за её действиями, Зима усмехнулся про себя. Несмотря на внешний вид, повадки у девки были величественные. Манеры, как у княжны, голос нежный, поступь мягкая, не ходит, а плывёт по озеру словно лебедь. Он уже приготовился к тому, что она окажется совсем не приспособленной к работе. Взвоет в первый же день. Но всё оказалось не так плохо: по крайней мере, усердия ей было не занимать.

Убедившись, что помощь ей не нужна, Зима взял коромысло с вёдрами, надел кафтан и вышел за дверь. Погрузившись с головой в мытьё посуды, Мирослава ничего не заметила.

Её внимание захватила старая утварь. Всё битое, в трещинах. Кажется, в этом доме нет ни одной целой вещи. Заменить бы всё, но на это потребуется много денег. При нынешнем достатке семьи — непозволительная роскошь.

Закончив с посудой, девушка вытерла руки о юбку и подошла к сундуку, что стоял возле лавки. Крышка подалась легко. Внутри лежало всего два мешка: в одном — меньше половины овса; в другом — совсем немного ржи.

Выбор, мягко говоря, небогатый. Надолго ли хватит этих запасов на троих?

Внезапно Мирослава почувствовала на себе чей-то взгляд. Оглянулась и увидела подсматривающего за ней Кроха. Светлое личико ребенка было до смешного любопытным. Девушка открыла рот, чтобы позвать его, но малыш, будто мышь в норку, мгновенно юркнул обратно в своё тёплое укрытие на печи.

Вскоре вернулся Зима с двумя полными вёдрами воды. Поставив одно греться на огонь, он вытащил со двора огромную деревянную лохань, установил в углу, вылил в неё воду и на скорую руку соорудил из старой тряпки что-то вроде ванной занавески. Затем снова отправился к колодцу.

Девушка даже не надеялась, что все эти хлопоты были ради неё. Бани, похоже, здесь ещё не знали. Мылись, наверное, в одной воде по очереди. Или всё же меняли?

О худшем Мирослава старалась не думать. В крайнем случае, сама сходит к колодцу — не развалится. Но к её удивлению, когда воды набралось достаточно, Зима подошёл к лавке, на которой она сидела.

— Иди мойся.

Услышав почти приказной тон Зимы, Мирослава едва не завизжала от счастья.

Настоящая ванна! С чистой водой! Неужели она наконец смоет с себя липкую грязь и этот едкий запах?

Казалось, даже кожа, предвкушая прохладную свежесть, заныла от нетерпения. Но вслед за радостью мгновенно пришло досадное осознание.

Помоется она, и что? Снова натянет на чистое тело свои грязные тряпки?