Книга Клуб разбитых сердец, страница 3 – Юлия Резник

Фыркаю. Матвей — мужик правильный. Сказал — сделал. Везет же некоторым! А я словно магнит для разных мастей уродов. И это не образное выражение, а статистика.

У меня за плечами три брака.

Три. Это если не считать Ярика. С ним мне хватило ума не тащиться в ЗАГС.

Первый моим мужем стал красавчик Генка Ковальчук. Студенческая любовь. Лодырь и маменькин сынок. Я училась и впахивала, как дурная. Он лежал на диване, жалуясь на то, что его дарование не ценят. Дарования у Геннадия были весьма сомнительные. Зато его самоуверенность была поистине безлимитна. Он искренне считал, что у нас все в порядке. Так что когда я подала на развод, Генка здорово удивился. Собственно, как и его мамаша. Непонятно, правда, чем это удивление было вызвано. В конце концов, она же сама считала, что я в их в семье — явление временное. Что-то вроде бесплатного стажера с полной занятостью, но без перспектив роста. Ну, поживет девочка, поработает, покормит сыночку, а там, глядишь, он и кого получше найдет. Не срослось.

Вторым был Ираклий Багратион. Качок вроде Матюши. Только если Матвей качался преимущественно в чистую, то этот плотно сидел н фарме.

Высокий, широкоплечий, мясистый — не мужик, а ходячая реклама спортпита. Руки — как у Геракла, плечи — как у Атланта, пресс — как стиральная доска. При желании мы могли бы здорово сэкономить на бытовой технике. И… на этом все. Потому что в самом главном его оснащение… как бы это сказать помягче? Давало сбой?

Не то чтобы он был полным импотентом. Нет. Иногда Ираклий… что-то мог. И ключевое слово здесь даже не «иногда», а «что-то»…

Секс с ним больше напоминал езду на стареньком лифте: ты вроде бы нажал на нужную кнопку, лифт дернулся и погнал, погнал, чтобы в самый ответственным момент застрять между этажами. Если первое время я еще чего-то ждала и на что-то надеялась, то потом просто стала ходить пешком. Если вы понимаете, о чем я.

На этот фарс я убила четыре года! Потому что а как иначе? В те времена в моду входила осознанность. Женщине ни в коем случае нельзя было давить на мужскую психику, которая, как выяснилось, оказалась тоньше кружева на трусах от Victoria’s Secret. Вот я и терпела. Уговаривала себя, что это стресс, перетрен, неправильный сон, ретроградный Меркурий, и вообще — «главное не это».

Спойлер: это.

Хотя Ираклий пытался меня убедить, что проблема вообще не в нем. И, конечно, не в анаболиках, которые Багратион заливал в себя ведрами. Проблема во мне. Во как! В том, что я «слишком требовательная». Я «давлю» и «не даю расслабиться».

То есть мужик на фарме, у которого гормональный фон скачет, как акции на бирже в кризис, — это нормально. А женщина, которая хочет, чтобы ее в постели грело не только одеяло — это прям перебор и избыточные ожидания.

И так мне это все опостылило, что когда я все же развелась во второй раз, пообещала себе держаться подальше от всех качков вместе взятых. Обещание я сдержала. Исключение сделала разве что для Ратникова, которого в принципе никогда и не рассматривала как мужчину. Почему? Да потому что на момент нашего знакомства Матвей был глубоко женат. А я еще не настолько отчаялась, чтобы мутить с женатым батюшкой.

Отчаивалась я постепенно.

Третьего мужа искала по уму. Вот прямо по методичке. Время поджимало, я понимала, что надо рожать, а, значит, у меня больше не было права на ошибку.