Книга В разводе. Ты забрал мою жизнь, страница 91 – Ирина Суздалева

Когда-то эти руки успокаивали. Сейчас от них хочется содрать с себя кожу.

— Что ты делаешь? — шепчу, глядя на него снизу вверх.

— Спасаю тебя, — бывший муж поправляет край одеяла, будто мы обсуждаем что-то бытовое. — Твою компанию. Ну и заодно свою жену, которую люблю.

В груди все болезненно сжимается:

— Что?

— Ты сегодня отдашь Кристине костный мозг, — Лев говорит тихо, отчетливо, склонившись ко мне чуть ближе. — Хочешь ты того или нет.

Сначала не понимаю.

Нет, понимаю.

Но разум отказывается принимать.

Такого не бывает. Так не делают. Людей не похищают из ресторана, не привозят в частную клинику, не заставляют становиться донором против воли. Не родной бывший муж. Не человек, которому ты когда-то спасла жизнь.

— Ты не можешь, — выдыхаю, чувствуя, как глаза начинает жечь. — Это незаконно. Врачи не имеют права.

Лев усмехается краем губ:

— Не строй из себя дурочку. Дмитрий заплатил этой клиники достаточно щедро, чтобы лишних вопросов никто не задавал.

— Нет…

— Да, Алла, — он выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз тяжелым, нечитаемым взглядом. — Все продумано.

Тело наливается холодным ужасом.

Не паникой даже.

Чем-то хуже.

Пониманием.

— Я говорил Кристине не лезть к тебе, — продолжает Лев, медленно проходя вдоль кровати. — Предупреждал, что обязательно придумаю, как спасти ей жизнь, придумаю, как не оставить тебе выбора. Но она решила положиться на твою совесть, которой, как выяснилось, у тебя нет. Спокойно попросила помочь ребенку, родной крови, а ты отказала.

— Я имела право, — голос срывается. — Это мое тело.

— У моего сына должна быть мать, — парирует бывший муж, совсем не слыша меня.

На секунду перестаю дышать.

Сына. Его сына. Так вот в чем дело.

Все, ради новой семьи, ради женщины, которая пришла ко мне с требованием отдать ей косный мозг, ради ребенка, которого я даже ненавидеть не могу, потому что он ни в чем не виноват, меня сейчас собираются разрезать, использовать, вынуть нужное и оставить дальше жить с этим.

Если это вообще можно будет назвать жизнью.

— Я долго думал о том, как уговорить тебя сделать правильный выбор, но все получилось, куда лучше, — Лев останавливается у изножья кровати. — Дмитрий хотел, чтобы ты поняла свое место. Хотел унизить. Наказать. А я подсказал, как сделать это лучше всего.

Горло сжимается так сильно, что становится больно глотать.

— Как ты можешь? — шепчу. — После всего… Я же тебе жизнь спасла.

— Я тебе за это уже отплатил, — спокойно отвечает он. — Мало того что ты получила после развода достаточно, чтобы построить свою фирму, так еще я договорился с Дмитрием, чтобы он не добивал компанию окончательно. Ты ведь за нее так держалась. Так гордилась ею. Дмитрий действительно оставит тебя в покое… после процедуры, конечно.

Внутри все обрывается окончательно.

Бывший муж говорит об том, что собирается разобрать меня по частям, не как о предательстве, а как о сделке, как о смете, как о рабочем вопросе, где нужно просто правильно распределить ресурсы.

А ресурс — я.

— Врачи не сделают этого, — цепляюсь за последнюю слабую надежду. — Они не имеют права.

— Алла, — Лев устало вздыхает и наклоняется ближе. — Не заставляй меня повторять. Дмитрий уже оплатил частную клинику. Хирург лучший. Лишнего говорить никто не будет. Тебя подготовят, возьмут материал, и все закончится.