Книга Снежная Принцесса Для Дракона, страница 16 – Алекса Рид

Одним резким движением он задрал мою рубашку до груди. Холодный воздух библиотеки обжёг кожу, но его ладони тут же прикрыли мою грудь, и жар от них заставил меня выгнуться. Большие пальцы провели по соскам, заставив их затвердеть, и я не смогла сдержать стон.

— Вот так лучше, — прошептал он, прижимаясь всей длиной тела, и я ощутила твёрдый упругий силуэт его возбуждения через тонкую ткань. — Скажи, что хочешь, чтобы я остановился.

— Нет... — вырвалось у меня, и это было чистой правдой. — «Нет», я не остановлюсь? Или «нет», ты не хочешь? — он не прекращал движения рук, одна ладонь скользнула вниз по животу.

— Заткнись, — прошипела я, впиваясь зубами в его плечо.

Его низкий смех прокатился по моей коже. Он с силой раздвинул мои бёдра, его пальцы впились в нежную кожу внутренней поверхности бедер. Одной рукой он расстегнул свои брюки, и я почувствовала, как его напряжённый, горячий член прижался к моей промежности. Он был влажным на ощупь, и это спонтанное открытие заставило меня сглотнуть.

Он не стал ждать ответа. Он умело избавил меня от остатков одежды. Приподнял мои бёдра, подложив под них свёрнутый халат. Его взгляд был тяжёлым, полным животной уверенности.

— Смотри на меня, — приказал он, и я не смогла отвести глаз.

Он направил себя к моему входу. Головка, упругая и горячая, упёрлась в нежную плоть, заставив меня задержать дыхание. Он не входил сразу, а медленно, с нажимом водил ею туда-сюда, смачивая её моей собственной влагой. Пальцы его всё ещё сжимали мои бёдра.

— Скажи, что ты меня хочешь, — потребовал он, его голос дрожал от напряжения. — Скажи это.

— Я... — слова застряли в горле. Но тело говорило за меня. Я подалась ему навстречу, чувствуя, как он начинает входить. Медленно, преодолевая сопротивление, заполняя меня.

— Да... вот так, — он прошептал, и его дыхание спёрлось, когда он погрузился глубже. — Боги, Хлоя... ты так тугая...

Он вошёл до конца. Чувство растяжения, полноты заставило меня зажмуриться. Он замер на мгновение, давая мне привыкнуть. Я чувствовала каждое его сердцебиение, каждое непроизвольное подёргивание внутри меня.

— Теперь... двигайся, — выдохнула я, обвивая его ногами и впиваясь пятками в его ягодицы, притягивая его глубже.

С низким стоном он начал двигаться. Сначала медленно, почти нежно, выходя почти полностью и снова входя. Но скоро ритм участился, стал жёстче, требовательнее. Его бёдра бились о мои с отчётливым, влажным звуком. Он приподнял меня выше, меняя угол, и следующий толчок задел нечто внутри, от чего по всему телу разлилась электрическая волна. Я вскрикнула, мои ногти впились в его спину.

— Вот здесь? — он ухмыльнулся, его лицо было искажено гримасой наслаждения. — Ты любишь, когда я касаюсь тебя здесь?

Он повторил движение, целясь точно в то же чувствительное место. Моё тело вздрогнуло, из горла вырвался сдавленный стон. Я уже не могла думать, могла только чувствовать — его кожу под своими пальцами, его горячее дыхание на своей шее, его полный, твёрдый член, который растягивал и заполнял меня снова и снова. — Кончай со мной, — прошептал он прямо в ухо, его губы обжигали мочку. — Дай мне всё. Я хочу почувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня.

Утро после библиотеки было странным и раздвоенным. Тело помнило каждое прикосновение, каждый стон, каждую вспышку жара, сменившуюся ледяным стыдом. Я одевалась, глядя в зеркало на своё отражение: та же Хлоя, те же синие волосы, те же глаза, но внутри всё перевернулось. Я ждала раскаяния, отвращения к себе. Но его не было. Была лишь оглушительная тишина и тяжёлое, тёплое смятение где-то под рёбрами. И страх. Огромный, ледяной страх того, что я сделала необратимый шаг в пропасть.