Книга Снежная Принцесса Для Дракона, страница 72 – Алекса Рид

Музыка сменилась на более плавную, мелодичную. Пары начали выходить в центр зала. И тогда я увидела Луниана. Он преодолел пространство зала, подошёл к Кассандре и, поклонившись, что-то тихо сказал. Я видела, как её лицо озарила настоящая, живая улыбка. Она кивнула, бросила быстрый взгляд на Ричарда. Тот, заметив движение, обернулся. Его брови слегка приподнялись. Я видела, как его губы сжались на мгновение, но потом он сделал едва заметный кивок, разрешение. Луниан, стараясь скрыть дрожь в руках, принял протянутую руку Кассандры, и они направились к танцующим.

Ричард наблюдал за ними несколько секунд, его лицо было каменной маской. Потом он отпил из бокала, поставил его на поднос слуге и направился через зал. Прямо ко мне. Мое сердце заколотилось сильнее. Я поставила свой бокал на ближайший стол, чувствуя, как ладони становятся влажными.

Он остановился передо мной, и в его глазах, таких синих и пронзительных, на мгновение исчезла вся придворная мишура. Остался только он и я. — Графиня, — его голос был низким, перекрывающим гул зала. — Не намерены ли вы простоять здесь весь вечер в гордом одиночестве? Это вызовет ненужные пересуды.

— Я просто наблюдаю, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Здесь есть на что посмотреть. — Согласен, — он сказал, и уголок его губ дрогнул. — Но лучший вид, из центра зала. Позвольте пригласить вас на танец.

Он протянул руку. Изящную, сильную, в белой перчатке. Инстинктивно, прежде чем принять её, я бросила взгляд на Кассандру. Она кружилась в танце с Лунианом, её лицо было оживлённым, она что-то говорила ему, смеясь. И в тот момент, будто почувствовав мой взгляд, она повернула голову. Наши глаза встретились. И она… кивнула. Её губы сложились в едва уловимую, но тёплую улыбку.

Это было разрешением. Или… благословением? Я не знала. Но комок в горле рассосался. Я положила свою руку в его. Пальцы Ричарда сомкнулись вокруг моих, тёплые даже через ткань перчаток. Он повёл меня к центру зала. Публика расступилась, и я чувствовала на себе сотни взглядов — любопытных, оценивающих, завистливых. Но всё это ушло на второй план, когда он обнял меня за талию, а я положила свободную руку ему на плечо.

Музыка, словно, зазвучала для нас. Это был вальс. Плавный, неспешный, но с глубоким, чувственным ритмом. — Ты не расслабилась ни на секунду, — тихо сказал он, ведя меня в первом вращении. — Всё ещё начеку?

— Стараюсь, — ответила я, сосредоточившись на шагах, чтобы не наступить ему на ноги. — Ты же сам учил меня быть осторожной. — Учил, — согласился он. Его рука на моей талии слегка прижала ближе, направляя в повороте. — Но не в такой момент. Иногда… нужно просто позволить музыке вести.

И я попыталась. Попыталась забыть о глазах, о слухах, о своих страхах. Сосредоточилась на музыке, на движении, на нём. Его тело было твёрдым и уверенным ориентиром в кружащемся море цвета и света. Наши взгляды встретились.

— Ты сегодня невыразимо красива, Хлоя, — прошептал он так тихо, что слова едва долетели до меня сквозь музыку. — Ледяная королева. Но от тебя исходит тепло.

От этих слов по моей спине пробежали мурашки. Я не ответила. Могла только танцевать. Чувствовать, как ткань его мундира шершавит под моими пальцами, как его дыхание касается моей щеки, как наши тела синхронно движутся в такт музыке. Мир сузился до размера нашего танцующего круга. До его рук. До его глаз. Всё остальное, Кассандра, Луниан, придворные, сам бал, растворилось в золотистой дымке свечей и музыки.