Книга Дом отравы и крови, страница 68 – Алексис Л. Менард

— Хорошо. – Я выдавила из себя печальную улыбку, достала из кухонного шкафа второй стакан и с силой грохнула им о деревянную столешницу. – Но учти: я никогда не пью в одиночестве.

Он сверкнул глазами так свирепо, что мог бы в одиночку разогнать туман над Адой, но я категорически отказывалась уступать. Он натянуто улыбнулся в ответ и снова сел за стол.

— Ладно, принцесса. Как пожелаешь.

Я уселась напротив и ухмыльнулась уже куда искреннее.

— Вот увидишь, твоя жизнь станет намного проще, если ты всегда будешь отвечать мне именно так. Да, Милла. Как пожелаешь, Милла. Будешь кофе с молоком или со сливками, Милла?

— Ты вообще можешь замолчать, Милла?

— Если ты еще не понял, то нет. Забыла сказать, что молочные продукты – одни из первых в списке того, на что у меня аллергия, при всей моей пламенной любви к сыру.

— Пресвятая задница, это не то, что мне сейчас нужно, – тихо сказал он и на мгновение раздраженно прикрыл глаза.

Вот и славно. Я наконец-то разозлила его до такой степени, что он начал бубнить себе под нос. И это только половина того, что он заслужил за то, что оскорбил меня, заставив глотать это пойло.

— Давай покончим наконец с этим, а потом беги к своему дяде и скажи ему, какой он идиот.

Я налила в стакан щедрую порцию золотистого напитка, и тяжелый блестящий осадок тут же упал на дно. Единственный раз в жизни я пила «Векс Веритас» семь лет назад, когда отец подозревал, что мы с Жилем приставали к парням, работавшим на грузовой станции. По всей видимости, этот алкоголь развязывает язык, но, если уж у тебя получится солгать – тебя начнет жутко тошнить.

Я бросила взгляд на кухонную раковину – вдруг мне понадобится пустая емкость поблизости.

— Сделай глоток.

Нико наклонился вперед и оперся на стол мощными руками. Скрепя сердце, я поднесла стакан к губам и заставила себя отпить совсем немного. Пузырьки обожгли горло, когда я проглотила напиток, вкусом напоминавший кислое игристое вино.

— Что бы тебе хотелось узнать? – спросила я, сложив руки на коленях.

— Начнем с чего попроще, – ответил он, улыбаясь все шире и заставляя меня откровенно нервничать. – Тебе понравилось то, что ты увидела?

Я сжала кулаки, впившись ногтями в ладони.

— Больше конкретики, Аттано.

— Когда ты меня разглядывала несколько минут назад. Ты находишь меня привлекательным?

— Я тебя не…

В желудке забурлило, и я прервалась на полуслове.

Да чтоб ему в Пустоту провалиться. Я ни за что не собиралась признаваться в том, что любовалась его телом. Это исключено. Пусть лучше меня весь обед покинет прямо здесь же, но этому точно не бывать.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Милла? – глумливо поинтересовался он, всем своим видом буквально источая сарказм. – Вон раковина, если нужно.

— Со мной все хорошо.

Снова соврала. Подкатила новая волна тошноты. Да будь проклята эта штука.

— Тогда ответь на мой вопрос.

— О Святые! Да я тебя ненавижу. – Я зажмурилась изо всех сил и приготовилась к тому, что должно было произойти. – Мне вообще не понравилось… – В грудь ударила волна тошноты. Ничего не произошло… – Считаю, что ты просто омерзителен. – Я выпалила это на одном дыхании, а потом задохнулась: желудок сжался и изверг из себя все содержимое. К тому моменту, как я добежала до раковины, меня страшно рвало золотистым напитком под хохот Нико. Низкий обезоруживающий смех вырывался из глубин его груди и звучал бы подкупающе, если бы он смеялся не над моим позором.