Но теперь о другом. Как тебе известно, восемь дней назад в русской часовне виллы Демидова Борис обвенчался с Фуксией Грант. Все прошло чрезвычайно пышно и достойно. Со стороны невесты никого не было, потому что, слава богу, она, к сожалению, сирота и единственный ребенок. Но была пара присутствующих здесь, соответственно – проездом ухваченных приятельниц-американок в качестве bridesmaids[143], и они явились в белых кружевах и розовом атласе с огромными шляпами в духе Гейнсборо, что выглядело странно, но мило. Фуксия была великолепна, по стоимости ее туалет был поистине королевским. Венцы над головами жениха и невесты во время церемонии держали два молодых русских аристократа, друзья Бориса.
Короче, свадьба, вне всякого сомнения, удалась! После завтрака молодая пара отправилась в Рим, где Фуксию следовало представить Corps diplomatique[144] и при дворе, – я же пока отдыхаю от хлопот, ибо даже если Татьяна Укачина и взяла на себя роль матери невесты, то держалось все – все! – на мне. Правда, свое приданое Фуксия заказала в Париже – сама царица не могла бы пожелать лучшего для своей дочери. Но ввести дикарку в свет, всем представить было непросто… Enfin[145], немного научить европейскому savoir vivre[146] по кодексу upper ten thousand[147]. Она иногда бывает такой ужасно бестактной и… нетривиальной, знаешь ли! Сейчас это, конечно, принимают за оригинальность, но потом, очень надеюсь, все сгладится, и под влиянием Бориса она откажется наконец от своих янки-манер.
Но вот что, собственно, я хотела сказать: Борис желал бы представить вам Фуксию в качестве молодой супруги и просит вашего разрешения прибыть в Хохвальд одновременно с нами. Поездку к вам они хотят считать своим weddingtrip[148] – их дальнейшие планы зависят от того, будет ли Борис отозван в Петербург или останется в Риме.
А теперь еще одна новость: кавалер Спини действительно унаследовал титул маркиза Мареммы! Полагаю, это всего лишь титул, без средств, но вчера он отправился в Рим, так как правительство хочет выкупить его землю. Говорят, что много он за свои жалкие малярийные болота не получит, но по меньшей мере титул, связанный с этими владениями, останется при нем в любом случае. Знаешь что, Марсель? Ты мог бы, собственно, его тоже пригласить в Хохвальд! У бедной Саши лишь одна тихая сердечная склонность (о вкусах не спорят), и, в конце концов, он еще может остановить на ней свой выбор. Титул он, считай, уже выбил, и даже если он не слишком обеспечен, с учетом Сашиного состояния они могли бы безбедно жить, и потом – у некрасивых девушек нынче ведь так мало шансов, а бедная Саша, к сожалению, так похожа на славного покойного Кризопраса! Впрочем, идея позвать Спини исходит не от меня: Зигрид навела меня на эту мысль, и я считаю, она права. Отправишь ему приглашение, Марсель? Да? Это было бы очень мило с твоей стороны, и, честно говоря, я от твоего имени Спини уже пригласила, но эти итальянцы будут еще позаносчивее испанских идальго, даже если бедны, как церковная мышь, – без специального персонального приглашения от тебя он ни за что не поедет… Так что! Пожалуйста!..
Но пора завершать письмо, надо быть краткой. Приветы от Зигрид и Саши – тебе и Ирис. Остаюсь toujours[149] твоя верная сестра
Ольга Кризопрас
