Онлайн книга «Температурная кривая»
|
Штудер сравнил. Тяжелая работа!.. Гораздо легче было найти волокна в замочной скважине. Но отпечаток большого пальца на чашке имел определенное сходство с отпечатком большого пальца на фотографии. Под фотографией стояло: — Неизвестный. — Что это был за случай? – спросил Штудер. Господин Розенцвайг откинулся назад на спинку стула у письменного стола, взял мятную пастилку из маленькой бонбоньерки, предложил вахмистру, который с благодарностью отказался, и затем начал рассказ: — Год 1903… Начало дактилоскопии… Вахмистр Штудер, это уникальная редкость, первая изготовленная в Швейцарии фотография отпечатка большого пальца. Локард однажды просил целый час – он специально прибыл из-за этого из Лиона; Райс из Лозанны умолял меня именем Бога, – но я обоим сказал «нет». Я не уступил… Почему? Когда я умру, моя коллекция перейдет в кантон Берн, – я определил его как наследника, и тогда мой двоюродный брат назначит какой-нибудь совет хранителем этого сокровища. Совет, к сожалению, будет не столько занят заботами о коллекции, сколько игрой в ясс, и если вдруг однажды кто-то захочет ее увидеть, она будет недоступна… Вот так! Но перейдем к рассказу… Итак… ГЛАВА 6. История о первом отпечатке большого пальца — Фрайбург… Вы знаете Фрайбург, вахмистр?.. Красивый старый городок. Там 1 июля 1903 года была найдена отравленная девушка. Сначала подозревали самоубийство. На ночном столике рядом с кроватью стоял стакан – в нем обнаружили синильную кислоту, точнее КCN, цианистый калий. Где девушка достала себе яд? Загадка… В восемь часов утра родители нашли ее мертвой в ее кровати; они вызвали полицию. Тогда во Фрайбургской полиции служил комиссар, который интересовался новыми методами криминалистики. Он заметил на стакане отчетливый отпечаток пальца – это был стакан с гладкой поверхностью – такой обычно используют для полоскания рта, когда чистят зубы. Комиссар завернул стакан в шелковую ткань и позвонил мне, поскольку тогда в Швейцарии я был единственным человеком, кто был знаком с совершенно новой областью отпечатков пальцев. У меня как раз было свободное время. В июле у адвоката не так много дел. И я поехал во Фрайбург, взял с собой мой фотоаппарат, порошок карбоната свинца и порошок графита. Я не хочу Вас утомлять деталями. Я снял отпечаток пальца на пластинку, проявил ее, взял отпечатки пальцев покойной, ее родителей и комиссара – и сравнил… Это была трудная работа, это сравнение отпечатков пальцев. Скоро, однако, я был уверен, что кто-то чужой проник в комнату и поставил стакан с цианистым калием на ночной столик девушки… Этот чужой и был убийцей… Господин Розенцвайг, который, несмотря на свое имя, не был похож на еврея, взял маленький ватный тампон и приложил его к уху… — Зубы… – сказал он извиняясь. – Зубы не дают мне покоя. Старость, чего Вы хотите, вахмистр! Господин Розенцвайг говорил не на Бернском диалекте, а на государственном швейцарском немецком, на котором теперь разговаривает каждый образованный швейцарец… — Да… Чужой поставил стакан с цианистым калием на ночной столик девушки. Когда стали известны результаты вскрытия, оказалось, что она ждала ребенка; было очевидно, что девушка стала жертвой убийцы – очень опытного убийцы, так как единственной оставленной им уликой был отпечаток большого пальца на стакане с водой… |