Книга Температурная кривая, страница 62 – Фридрих Глаузер

И когда он посмотрел вверх то обнаружил, что он лежал в кухне умершей Софи. Все было на месте: коричневое мягкое кресло, газовая плита, обеденный стол, покрытый клеенкой. Но в мягком кресле, рядом с газовой плитой, сидела Мари и спала. Над спящей склонился мужчина с курчавой бородой и говорил потусторонним голосом: «Я заберу их всех, я заберу их всех к себе». Мужчина, которым мог быть только геолог Клеман, описывал своими сухими руками круги вокруг головы девушки. Белокурые волосы топорщились вверх. Но теперь это уже была не Мари – бородавка росла рядом с ее ноздрей – кухня уменьшилась и стала лишь проходным коридором. Огонь в обеих горелках высвистывал мелодию вальса. А на полке, громыхая, танцевали неуклюжий танец банки «Мука», Соль», «Кофе». И Штудер подумал во сне, что во время танца они потеряли свою эмаль… «Клеман Виктор Алоиз, – сказал Штудер громко, все еще лежа на полу, – я арестовываю Вас по подозрению в убийстве!» Но кухня была пуста, по крайней мере, казалась такой. Тени прыгали на стене. Штудер стал ловить эти тени тенью своей руки. Тогда тень начала смеяться, все громче и громче…

Штудер вскочил, окна гостиничного номера дребезжали, изогнутая лампа освещала стену холодным светом, на улице мимо с грохотом проехал поздний автобус.

— Нет, господина комиссара, к сожалению, нет, – сказал служитель бюро следующим утром. – Он должен был срочно уехать в Анже в связи с расследованием.

— А он ничего не оставил для инспектора Штудера?

— Нет, совсем ничего…

«Хорошо, что-то непредвиденное могло случиться. Комиссар полиции не всегда может делать то, что ему нравится… Но все-таки Маделин мог оставить хотя бы записку, – думал Штудер, идя вдоль набережной Сены. – Это непорядочно со стороны Маделина. Он же знает, что я его ждал!.. Ну, в этом случае я могу отправиться на маленькую экскурсию на Монпарнас и посмотреть на дом, в котором жила Мари».

Улица Дагерре ответвлялась от Орлеанского проспекта. На углу расположился известный продовольственный магазин Потэн. В витринах выложены гуси, кролики, овощи. Рядом с магазином цветочница продавала замерзшие мимозы. Номер 18 – это двор, в конце которого приютилось небольшое двухэтажное здание.

— О, да! – пекарь, магазин которого находился напротив дома номер 18, хорошо помнил супружескую пару Коллер. Коллерé, естественно, с ударением на последнем слоге. Французы произносят это именно так. – Такая очаровательная женщина, всегда вежливая, всегда веселая, никогда не теряла присутствия духа! Даже когда муж внезапно исчез. А месье! Образованный господин! У него было много друзей! Занимался философией, вы представляете? При помощи самых новых методов!

— При помощи самых новых методов? – удивленно переспросил Штудер.

Толстый пекарь, жидкие волосы которого напоминали цвет репы, надул щеки.

— Ну да, при помощи самых новых методов! Месье мог заглядывать в будущее, мертвецы были ему послушны.

— Мертвецы?

— Да! Они приходили и говорили, и рассказывали. Я сам однажды при этом присутствовал. Это было очень увлекательно! Можно было беседовать с мертвецами, они стучали по столу, иногда они также говорили ртом господина Коллерé. Да, странные вещи происходят между небом и землей!

Бедная Мари! Она должна была жить со спиритистом! И здесь его называли философом! Однако, рассказ женщины, которая обслуживала дом номер 18, был более обнадеживающим.