Книга Семейные ценности, страница 51 – Арина Арская

— Ну, какой же ты сладкий, — шепчет она и на цыпочках крадется к нам. — Какой, сурьозный малыш.

Максимка фыркает и чихает.

Я смеюсь и Мила смеётся, а за стенкой раздается какой-то грохот, будто Никита со злости что-то тяжелое кинул на пол.

— Посидишь с ним? — я перестаю качаться и аккуратно поднимаюсь на ноги. — А я пойду на папу твоего посмотрю, побеседую с ним…

— Мам, может, не надо? — Мила осторожно забирает у меня Максимку и заглядывает в моё лицо. — Он ещё психованный весь.

— Я не буду прятаться, — поправляю халат на груди и собираю волосы в высокий хвост, — нам всё равно придётся рано или поздно побеседовать насчёт нашего развода.

Дочка лишь вздыхает и опускается в кресло-качалку, а я выхожу из детской. Нервничаю ли я перед встречей с Никитой, который сейчас яростно собирает свои вещи?

Нет.

Я уже всё что могла отнервничать отнервничала и меня ничего не трогает.

Захожу в спальню в которой царит хаос: коробки, чемоданы, сумки. Никита вынимает из комода свои носки с трусами.

Приваливаюсь к косяку:

— Привет.

Вываливает вынутую кучу трусов в жёлтый чемодан и резко разворачивается ко мне:

— А вот и ты своё мурло показала.

— Я сегодня подала заявление на развод через Госуслуги, — терпеливо говорю я, — ты его тоже должен принять и подписать.

— Не переживай, — хмыкает Никита и застёгивает чемодан, — с большим удовольствием подпишу.

Покряхтывает и распрямляется. С презрением смотрит на меня:

— И, кстати, тебе бы тоже стоило бы уже манатки свои собирать.

— Вот как? Начнём делить имущество? — вскидываю я бровь.

— Я только временно отсюда выезжаю, — с угрозой прищуривается. — Это моя квартира…

— Она куплена в браке, Никита, — напоминаю я. — Как и машина, как и дача, — перечисляю я. — Часть денег во всё это вложили мои родители, а ещё одно время моя зарплата была выше твоей, и основную часть ипотеки погасила я, — говорю равнодушно. — Ты, наверное, забыл, но я ведь не только жена и мать, но и еще была ведущим инженером. Хм, — задумываюсь, — а ещё я могу покуситься на твою мастерскую, потому что туда вложены наши общие накопления.

— Мало того, что ты шалава, так ещё…

— Для закона совершенно неважно шалава я или нет, — расплываюсь в милой и добродушной улыбке.

— Какая же ты гнида…

Я прищуриваюсь.

О, дорогой, ты даже не представляешь насколько женщина может быть подлой и вероломной в своей обиде и желании отомстить.

А я обижена.

И обижена не на твои измены, а на твою трусость и жалкие попытки удержать на себе маску верного и обманутого мужа.

— Я готова отказаться от квартиры и от твоей мастерской, но… — я делаю паузу, чтобы до моего тупого мужа дошёл смысл моего предложения, — но я хочу забрать дачу и машину.

Я знаю, что Оля заставит Никиту принять моё предложение, ведь оно выгодное для неё. Она же молодая и её пока привлекает жизнь в городе, а не в пригороде, а я… смогу перевести дачу со временем в статус “ИЖС”. А мастерская — основной доход Никиты.

Никита, как всегда, не в курсе дел садового товарищества, которое готовит обращение в мэрию. Дача у него для отдыха, а не для общения с этими дураками, которые ни за что берут ежемесячные вклады.

Дурак, что с него взять.

А машина… машину он давно хотел поменять, потому что она старая и непрезентабельная. Вот и повод будет.