Книга Завтра я стану огнём, страница 185 – Евгения Александрова

Бумаги для подписания договора лежали на столе, но до них явно дойдёт нескоро. Арнеина сделала медленный выдох, набираясь терпения и пробуя распространить своё спокойствие и сдержанность на всех собравшихся.

— Месяц-другой? – Сиркх прозвучал резко, он явно начал терять терпение и подался вперёд, положив ладони на подлокотники кресла. – Вы предлагаете отложить решение и надеяться, что всё само разрешится? Это слабость, Теонир. Ваша нерешительность кормит тех, кто верит в выдуманного Покровителя. Я слышал, что последний мятеж после проповеди случился всего несколько дней назад. И что вы ничего не сделали для того, чтобы это предотвратить.

— Ваше величество, ситуация в столице… под контролем. – Теонир с усилием сглотнул, но глаза его странно забегали, и Арнеина впервые заметила, что короля будто окружает невидимая магическая стена: должно быть, он так тщательно скрывает своё волнение и свой страх перед императором, что переусердствовал с защитой собственных границ. А может, прибегнул к каким-то особым артефактам? – Мне докладывают, что культа в городах почти не видно, и эти возмутители всё больше прячутся по деревням.

— В каких деревнях? – уточнил Сиркх, поднимаясь с места во весь свой внушительный рост и проходя по залу. – Почему они прячутся не в тюрьмах?

Король в ответ вежливо развёл руками:

— Наши отряды стражи охраняют все подходы к городу. Но народ… Да, некоторые проповедники сеют страх. Не все понимают, что дар магии – это наше благословение, а не угроза. Я посылаю в эти места людей с проповедями Четырёх богов, надеюсь…

— Вы надеетесь? – перебил Сиркх, оборачиваясь к королю, и Арнеина нахмурилась: император давно не выходил из себя так явно и прилюдно; притихли и насторожились все высшие князья империи. – Я же рассчитываю на ваши решительные действия. Если вы считаете, что достаточно «поубеждать» бунтовщиков, вы ошибаетесь. Меня не устраивает, что слухи о Покровителе растут на ваших землях бесконтрольно, словно сорняки.

Теонир опустил глаза.

— Я принимаю меры, государь. Мы уже задержали нескольких самых громких проповедников. Мы даём людям льготы… – Голос его стал глухим, будто зачарованным.

— Людям – просвещение, бунтовщикам – кандалы, – ровно произнёс Сиркх. – Поверьте, где надо – я применю милосердие, но иначе власть рухнет. И тогда никто из нас не сможет вести диалоги даже с такой дружественной страной, как Маркитания.

Посол Маркитании, почувствовав, что речь коснулась его государства, наклонился вперёд.

— Ваше величество, позвольте заверить, что мы не имеем никаких связей с покровителями и ересями. Маркитания лишь желает мира и согласна признать…

Сиркх приподнял ладонь, прося его замолчать:

— Благодарю. Ваши намерения понятны. Но я не могу окончательно закрепить договор, пока не буду уверен в стабильности всех моих вассалов. – Он вернулся к Теониру: – Скажите прямо: сможете ли вы в ближайшее время положить конец бунтам? И если да – то каким способом?

Теонир сглотнул, сердце его явно колотилось, но голос оставался покорным:

— Я сделаю всё возможное, государь. Уже завтра отдам приказ сформировать новую патрульную роту, и мы усилим меры по всему Энарийскому побережью. В моей власти…

— Ваша власть? Я вижу в вас теперь лишь слабость.

Король Энарии приглушённо выдохнул, потом внезапно вскинул голову и тоже поднялся со своего места: