Книга Изгнанная жена Генерала Севера, страница 2 – Анастасия Миллюр

— Что-то еще эйра? — она смотрела на меня почти с вызовом. На грани допустимого.

— Мне проверить, как дела у твоих детей? — спросила я, разглядывая её с прищуром.— Зима в этом году долгая. А та таинственная хворь, что ходит по городу... Слышала, она цепляется к слабым.

Наконец, на ее грубом лице промелькнули эмоции — толика страха и ледяной огонь ненависти. Она поджала губы.

— Я принесу платье.

Дверь за ней с грохотом захлопнулась.

С тяжелым вздохом, я снова присела на корточки и подбросила дрова в камин.

Мне не нравилось быть такой. Злодейкой-колдуньей, которая угрожает жизни ни в чем неповинных детей. Но это был единственный способ сделать мою жизнь в замке хоть немного сносным.

Только вот ирония была в том, что никаких особых сил у меня не было. Карточный домик страха был построен на неизвестности и слухах о моем роде. Это было единственное мое оружие.

Я использовала его мудро — лишь тогда, когда чаша переполнялась, когда грань между унижением и невыносимым унижением была бы вот-вот стерта. Как сейчас.

Но за это придется заплатить. История о том, как колдунья намекнула на смерть детей Лэры, обойдёт кухни и караульные помещения, обрастая новыми леденящими подробностями. А может и в хвори обвинят меня. Хотя именно я не спала ночами, варя целебные отвары для горожан.

«И все ради сухого платья, — подумала я с горькой усмешкой. — Ради права не дрожать на встрече с мужем, который и так смотрит на меня, как на грязь. Какая прекрасная, достойная битва».

* * *

Я редко покидала стены замка. И теперь, стоя на подвесном мосту, вцепившись в обледеневший парапет и вглядываясь в серое небо, я кожей чувствовала порывы могучего ветра. Он приносил с собой колючую свежесть далёких ледников и свободы. Заставлял слезиться глаза и будто требовал: «Отвернись. Не смотри».

Но как я могла отвернуться, когда за этими громадами облаков, где-то уже совсем близко летел он?

Позади, у ворот, толпились другие обитатели замка. Конюхи, дворовые, служанки в тонких платках, стражники, ненадолго оставившие пост. Ветер рвал с их губ клубы пара, смешивая их в одно безымянное, живое облако ожидания. И в этот миг — странный, хрупкий, обманчивый миг — между нами не было пропасти разницы происхождений. Все мы были трепещущими от восторга и предвкушения верующими, ожидающими сошествия с неба их личного бога.

Слухи уже неделю гуляли по замку, доносясь из каждого угла. Генерал возвращается с триумфом! Он одержал блистательную победу в Пучине, отбросив назад полчища монстров, подарив людям несколько месяцев покоя без набегов. Император лично наградил его за военные заслуги.

Ночами я пересказывала сама себе услышанные обрывки шепотков, представляя Айстанэра перед троном Владыки, воображая, как он одним ударом сносит целый легион монстров, ликуя вместе с ним, когда его чествовали воины.

Интересно, как выглядело его лицо в моменты триумфа и радости? Этого я никогда не могла представить.

— Грифоны! Я их вижу! Летят! — завопил кто-то, и я, встрепенувшись, тотчас же обратила глаза к небу.

Нервно колотившееся сердце замерло в предвкушении, а потом рванулось в груди, как пойманная птица. Я оперлась на парапет, привставая на носочки. Взгляд впивался в горизонт, выискивая знакомый, мощный силуэт.

И вот они появились. Сначала как чёрные запятые на бледном листе неба. Потом — как два громадных, величественных клина. Глухой, мерный гул их полёта донёсся до моста, заставив сгрудившихся слуг ахнуть.