Книга Изгнанная жена Генерала Севера, страница 37 – Анастасия Миллюр

Эта традиция мне тоже была противна.

Будто то, что его дочь ублажает Джаркейна, делала самого эйра более значимым и полезным для империи. Если на то пошло, то сюда следовало сажать саму эйру Эмилию. Она хотя бы работала.

Раздражение зазудело под кожей, как надоедливая муха, которую нельзя прихлопнуть при всех. Оно требовало выхода. И я решила не сопротивляться искушению.

Повернув к нему голову ровно настолько, чтобы он попал в поле моего бесцветного взгляда я тихо спросила:

— Как ваши дела дома, эйр Виссмарт? Семья в здравии?

Он сглотнул так громко, что звук разнесся в натянутой тишине зала. Его пальцы, лежавшие на столе, сжались. Эйр стрельнул в меня коротким, настороженным взглядом — и тут же отвел глаза.

— Б-благодарю, Провидица. Все... все хорошо, — просипел он, и его голос сорвался на хриплой ноте, выдав ком в горле.

Я не продолжила разговор. Просто продолжала смотреть, с холодным интересом наблюдая, как его вся его уверенность, гордость за место в совете, напускная важность стекает, как грязь под ливнем.

Повисла пауза. Периферией зрения я видела, как застыли другие эйры, затаив дыхание, наблюдая за этой немой пыткой.

— Вам… — он прокашлялся, пытаясь вернуть голосу твердость и лишь выдав новый приступ паники. — Вам… было видение?

Уголки моих губ дрогнули в едва уловимой, ледяной усмешке.

— Кто знает.

Я увидела, как его лицо посерело, сочетаясь с мрамором стен. Теперь он, наконец, занимал здесь место по праву. Как деталь интерьера.

Оставив его нервничать в этом вакууме собственных домыслов, я плавно, словно не произошло ничего значительного, повернулась к эйру напротив. Тот дернулся на своем месте.

Эйр Дэльвин. Поддержавший восставшего Молоха. Джаркейн пощадил его, тем самым заручившись верностью его рода. Но это не значит, что его простила я. И раз уж я сегодня выпустила своего внутреннего монстра, почему бы не дать ему порезвиться?

Но мое развлечение закончилось.

Дверь распахнулась и вошел Джаркейн. Мигом оценив ситуацию, он скользнул ко мне ленивым взглядом и усмехнулся.

— Провидица не даёт вам предаться праздности, почтенные эйры?

Роли поменялись.

Теперь я парила в небесах на спине грифона, а он стоял внизу, вымороженный своим ледяным миром. Мелкая, тёмная точка на ослепительно-белом полотне.

Северный ветер рвал полы мантии с прежней ненавистью. Он царапал лицо ледяными иглами, пытаясь найти щель в согревающем заклинании, вышибая слезу.

Я ненавидела холод.

Сжав поводья так, что побелели пальцы, и насильно пригвоздив взгляд к горизонту, я подстегнула грифона. Повинуясь, он сложил крыло, и мы пошли вниз по широкой, неспешной спирали в триумфальном снижении. Рядом чувствовалась массивная, молчаливая тень грифона Джаркейна.

Почувствовав его взгляд, я обернулась. Он внимательно следил за каждой моей реакции. Ничто не укрылось от его взгляда. Я и не пыталась спрятаться. Не от того, кто знает, что у меня под кожей.

Грифон Джаркейна заклекотал возмущенный медленным снижением, и мы усмехнулись, как умиляются родители над несмышленным дитем. Это крошечное синхронное движение губ проломило стену напряжения.

На какое-то время.

Снежная земля надвигалась.

Вот ледник, который чуть не проломил мне спину, когда я, оступившись, скатилась с горы. Вот обрыв, по краю которого я ползала, грозясь сорваться, чтобы достать цветы ледяного ландыша. А вон там — там проходил заметенный снегом след последнего пути, по которому я, пылая унижением, стыдом и злостью, прогрызала себе путь к свободе.