Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 23 – Мия Рия

Мои пальцы впились в его плечи — не то чтобы я боялась упасть, просто вдруг осознала, что гравитация решила взять отпуск, а я осталась без страховки. Каждая клеточка тела пела, звенела, как тысяча крошечных колокольчиков.

Его дыхание — тёплое, пряное — смешивалось с моим.

Когда он отстранился — так же бережно, как прикасался, — я чуть не взлетела от переизбытка чувств. Мой мозг превратился в облако сладкой ваты, а мысли разбегались, как маленькие единороги по радуге.

Я облизнула губы — вкус его поцелуя остался там, как сладкое послевкусие.

Тело жаждало продолжения. Оно кричало, вопило, устраивало настоящие митинги с плакатами «Хотим ещё!» и «Дайте больше прикосновений!».

Хочу его целиком!

Он снова взмахнул крыльями, а в этот раз мы взмыли выше и сделали ещё один медленный круг над крышей.

— Знаешь, — сказал Рик, чуть понизив голос, — крылья крепнут. Совсем скоро они станут достаточно сильными. И тогда…

— И тогда? — я подняла взгляд, ловя его взгляд в свете далёких огней.

— Тогда мы полетим. Куда захочешь. Над городами, над лесами, над океанами. Под всеми этими созвездиями, которые ты пока путаешь с глиттером.

Я фыркнула, но внутри всё сжалось от восторга.

— Звучит как обещание из сказки.

— К сожалению, в нашей сказке юной царевне пора спать, чтобы завтра вступить в бой с канцлерами, — он чуть наклонил голову. — Потому что она лёгких путей не ищет…

Мы плавно опустились на крышу, а оттуда — по узкой пожарной лестнице спустились в общежитие. Рик проводил меня до комнаты.

Я включила ночник — мягкий жёлтый свет залил пространство, превратив скромное общежитие в какое-то заколдованное убежище. Кровать, зеркало, стол с учебниками, полка с книгами и парой безделушек, постер с Землёй на стене.

— Останься, — сказала я, сама удивившись, насколько тихо и серьёзно прозвучали эти слова. — Пожалуйста.

Он посмотрел на меня — в глазах что-то тёплое, почти домашнее, и в то же время всё та же древняя глубина, от которой внутри всё замирало.

— С удовольствием, — просто ответил он.

Я шмыгнула в ванну, чтобы принять душ и подготовиться ко сну. Когда вернулась, он уже ждал меня на кровати. Я — в пижаме с мультяшными енотами, босиком на холодном полу, а он — в брюках и с голым торсом, с этими невероятными крыльями, которые никак не вписывались в реальность общежития.

— А… как ты спишь? — спросила я, пытаясь скрыть смущение за шуткой. — Крылья не мешают?

Он рассмеялся — тихо, искренне, согревающе.

— В гнезде, конечно, было бы удобнее, — признался он.

Набравшись смелости, я легла и придвинулась ближе. Он обнял меня — осторожно, но крепко, так, что сразу стало спокойно. Моя голова легла ему на плечо, я слышала его дыхание и мерный стук сердца — ровно, уверенно, как всегда.

И в этот момент всё стало на свои места. Пусть он иногда бывает суровый и твёрдый, как скала. Зато это моя скала — опора и защита, та самая точка равновесия, к которой так приятно прижиматься в темноте. Пусть его слова порой резки, а решения непреклонны. Но именно это делает его таким, какой он есть — надёжной опорой, которая выдерживает любые бури.

*****

Резкий шлепок — и мощное крыло сметает меня с кровати, словно я не девушка, а фантик, небрежно смахнутый на пол. Я, не успев осмыслить всю глубину своей экзистенциальной трагедии, скатилась вниз, героически подставляя руки — в конце концов, переломы сегодня не в тренде.