Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 73 – Мия Рия

— А это, Темерьян, Алиса — новая царевна Галактики Явь. И, кстати, жена Финиста и невеста твоего сына! А Ракета — её симбиот.

— Что?! — одновременно воскликнули Лютомир и я.

— Нет, — поспешно добавила я, — я не жена и не невеста.

Кащей Старший на мгновение замер, переваривая информацию, потом резко выдохнул и произнёс с таким выражением лица, будто услышал, что коты научились летать:

— Тогда какого чёрта ты тут делаешь? В моём доме… Чёрт знает что…

Он решительно вылез из капсулы, держа Мурзика на руках, как какой-то драгоценный артефакт. Кот, довольный вниманием, мурлыкал и потягивался.

— Подготовьте мне мои покои и кабинет, — властно распорядился Кащей, направляясь к двери. — И пусть кто-нибудь составит мне отчёт за весь период.

Лютомир, как и я, застыл — словно мы два каменных истукана.

Ракета вздохнула и почесала за ухом:

— Кажется, дефибрилляция была плохой идеей.

— И не говори, — откликнулся Лют.

Я только покачала головой, глядя вслед величественной фигуре Кащея Старшего, который шёл по коридору, словно и не было тысячелетнего сна. Мурзик на его руках важно поглядывал по сторонам, будто говорил: «Ну вот, теперь-то всё пойдёт как надо!»

К моему глубочайшему несчастью (и лёгкому шоку) выяснилось, что покои старшего Кащея… ну, в общем, уже несколько дней занимаю я.

Благо, мне потребовалось примерно пять минут, чтобы собрать свой скромный рюкзачок — тот самый, в котором умещались все мои нехитрые пожитки. С этим бесценным грузом я ретировалась с места преступления, стараясь не смотреть в глаза хозяину покоев.

Темерьян был не просто тираном, а эталоном тирании, образцом для подражания всем начинающим деспотам. Опыт — 1300+ лет, навыки: запугивание взглядом, стратегическое хмурение бровей, умение заставить людей чувствовать себя виноватыми за то, что они существуют.

В целях безопасности (и исключительно в целях безопасности, как он торжественно объявил, стоя с видом человека, который только что изобрёл карантин) он согнал всех — слуг, военных, обслуживающий персонал, садовников, курьеров, случайных голубей, залетевших на балкон, и даже мышь из восточного крыла, которая, по слухам, просто любила там гулять, — в главную башню. «До выяснения», — многозначительно добавил он, словно это что-то объясняло.

Нам, к слову, тоже досталось. Приказ — не покидать комнаты Лютомира до особого распоряжения. Ракете подфартило неимоверно — она отправилась на занятия к Яре и Але в Институт Тёмных Искусств, чтобы сообщить последние новости про то, что кот выкарабкался с того света, но прихватил с собой своего импозантного хозяина, — и тем самым счастливым стечением обстоятельств получила билет на свободу.

А сам Темерьян, не теряя времени даром, засел за документы — нагло вытеснив Лютомира из его собственного кабинета. Причём сделал это с такой непринуждённостью, будто так и было задумано: «Не доверяю я вашим отчётам, так что ты, мальчик, пока посиди где-нибудь в другом месте, ладно?» Больше всего в этой ситуации меня поразило беззаботное спокойствие Лютомира. Пока я мерила шагами его комнату (и напоминала себе, что я не имею привычки грызть ногти — хотя, честно говоря, ситуация прямо-таки провоцировала), он лениво возлежал в роли короля дивана, будто так и было задумано самой судьбой. Поза — эталон расслабленности: одна рука закинута за голову, вторая небрежно свисает до пола, полуулыбка, взгляд устремлён в потолок.