Книга Темные тропы, страница 109 – Джули Шэн

— Джун! – Хара резко села, хватая ртом воздух, и паника вцепилась в её сердце, потому что его не оказалось перед ней: диван был пуст, в гостиной никого. – Джун?

Она отбросила край пледа в сторону и настороженно осмотрелась. Неужели ей всё приснилось? Сны и так пугали своей реалистичностью, и Хара не понимала уже, где находится, но если вот это всё было сном, то что он значил? От чего предостерегал?

— Проснулась? – Джун вышел из спальни, надевая футболку, и Хара с облегчением выдохнула. Отчасти с облегчением.

Раз всё произошедшее – правда, то ей так или иначе придётся решать, что делать с Дохёном.

— Который час? – Она осмотрелась в поисках часов, но нигде не увидела их. В комнате было так же темно, как когда они пришли, и только торшер освещал диван и пространство вокруг него.

— Раннее утро. – Джун обошёл диван и сел рядом с ней. – Можешь ещё поспать.

— Как ты себя чувствуешь? – Хара качнула головой на его предложение и без предупреждения схватилась за край футболки Джуна, задрав её, отчего он дёрнулся. – Прости. – Она успела заметить, что раны действительно больше не было, и разомкнула пальцы, отпрянув.

— Всё нормально, – улыбнулся Джун. Так же, как в их первую встречу: уверенно, сладко. – Ты спасла меня.

В его голосе сквозила та особая интонация, от которой по коже пробегали мурашки: Джун не пытался очаровать, но смотрел на Хару так, будто видел всё: и обиду, и страх, и усталость. И всё это он принимал. Без вопросов и каких-то условий.

— А мой брат чуть не убил тебя, – сказала она наконец, и в голосе прозвучала горечь – не потому, что она винила Дохёна, а потому, что всё происходящее выворачивало мир наизнанку: всё, что казалось прочным, на деле было зыбким, и Хара не представляла, как теперь жить в нём. – Как он вообще очутился в твоём баре? Он видел нас сегодня в универе и слышал, как ты назвал адрес?

— Не думаю. – Джун покачал головой, помолчав. – Но у него явно есть помощник, знающий меня или обо мне, притом достаточно много.

Хара посмотрела на него, нервно покусывая губу. Страшно было представить, что случилось бы, не успей она вовремя. Она подтянула колени к груди и уткнулась лбом в них. Это было невыносимо. Дохён просто не хотел её слушать и понимать, продолжая гнуть свою линию. Хара уже не знала, как до него ещё можно донести, что она не маленькая девочка и может сама принимать решения и нести за них ответственность.

Да, от неё, как говорили брат и Сонджу в один голос, сейчас зависит очень многое, но, если бы Джун хотел навредить или был как-то связан с Токкэби, который, к слову, не первый десяток лет пытается прорваться в мир людей, Хара вряд ли сидела бы сейчас здесь. Так почему с её чувствами никто не хочет считаться?

Чувствами… Какими?

Хара медленно подняла голову и перевела взгляд на Джуна. Он сидел всё так же, не сменив позу, и смотрел на неё, улыбаясь. Красивый до невозможности, будто это не он был на волосок от смерти несколько часов назад. Его волосы были слегка влажными, в позе сквозила уверенность, а в глазах плескался растопленный янтарь.

Сомкнув веки, она протянула руку и коснулась пальцами его волос. Опустилась немного ниже, дотронувшись до виска и скулы, а потом Джун внезапно переплёл их пальцы, и Хара распахнула глаза. И почувствовала, как её собственная сила, до этого затаённая, вспыхнула украдкой в самой глубине груди древним огнём.