Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 233 – Александра Воронцова

Почему?

Подозревал, что таким образом практически передаст его в руки преступника?

Его несговорчивость привела к трагическим последствиям.

Вероятно, поиски артефакта шли все эти годы, но безуспешно.

И вот теперь, когда все иные средства были исчерпаны, было решено прижать всех, кто что-то знал.

— Но это мерзость… — мне было откровенно противно.

И непонятно.

Ради пусть и мощного, но всего лишь артефакта, загубить несколько жизней, поставить под удар благополучие страны…

— Чаргетто, ты понимаешь, что у гада осталось всего несколько ходов в партии? Я уже говорил, что я хорош в шахматах? Да? Ну вот, я могу тебе сказать, что еще три хода, и эта сволочь возьмет королеву. Тебя, Фран.

Я стиснула зубы.

Вспомнились строки из записок о том, что род Чаргетто будет предан забвению и исчезнет. Я последняя. И я не позволю этому произойти. Это чудовище не будет праздновать победу. Не допущу этого, во что бы то ни стало.

Кстати.

Я остановилась и дернула за руку Ренци, вынуждая его обернуться ко мне.

— Какое отношение имеет ко всему этому твоя семья и твоя мать? — строго спросила я.

— Почему они должны иметь к этому отношение? — не очень натурально удивился Дориэн.

— Я почти так же умна, как ты. Помнишь? — съязвила я. — Твоя семья стремится получить поместье. Оставим сейчас поступки твоей матери в отношении меня, но она что-то требовала у моего отца.

Ренци вздохнул, задрал лицо к потолку, словно надеялся найти на нем ответ, но тот ему ничем не помог.

— Записки написаны раньше событий в резиденции. Я не знаю, Фран. Мы с этим разберемся. Моя мать сложный человек, но я не верю, что она подлая. Мама способна на многое, но не ради грязи. А в ее понимании запятнать себя преступлением ради наживы — грязь. Она не чудовище. Ты мне веришь?

— Я буду верить фактам, — твердо ответила я. — Если окажется, что леди Ренци ни в чем не виновата, то я это приму. Но если это будет доказано.

Дориэн помрачнел, но признал:

— Это справедливо. А мне? Мне ты веришь?

Верю ли я Дориэну Ренци?

Мгновенным порывом было ответить: «Да!», но я себя удержала.

Пусть говорят, что первая реакция самая честная, но вот так давать карты в руки и без того самоуверенному напарнику я не спешила.

За эти дни я немного изучила Ренци. Он не стал для меня открытой книгой, но предположить линию его поведения, если Дориэн уверится, что я на него полагаюсь, несложно. И она будет тоталитарная, а я хотела, чтобы он со мной считался.

И потом, мне показалось, что в этом вопросе о доверии Ренци затрагивал не только ситуацию с отношением к моей семье.

В опустевшем коридоре мы стояли друг напротив друга, и с каждой секундой моего молчания, атмосфера становилась тяжелее.

Затянувшаяся пауза заставила лицо Дориэна потемнеть.

Я уже открыла рот, чтобы дать ответ, когда нас прервали.

— А… Сладкая парочка! — с наигранной радостью окликнул нас лорд Фаджио, вывернувший из-за угла. — Я уже в курсе ваших приключений.

Мы развернулись к дознавателю и узрели на его лице, что он не в восторге ни от этих приключений, ни от нас самих.

Ренци, который все еще злился, что я с разбегу не убедила его, что верю ему, как самой себе, тоже за словом в карман не полез:

— Что-то вы слишком много времени уделяете нам. У вас закончились государственные проблемы? Всех беглецов поймали?