Книга Обреченность, страница 78 – Виктория Павлова

Кроссовки противно чавкали, пока я забиралась на любимый валун на пляже. Настоящий звук отчаяния. Обманом было надеяться, что ситуация разрешится сама собой. Все стало только хуже. Чувства Джоша до сих пор метались внутри, как буйный ветер, как жаркий огонь, как сметающий все на своем пути поток – неуемная и подвижная стихия, капризная и требовательная. Его любовь, как и сам Джош, желали всего и сразу, не терпя недосказанности и полутонов.

На минуту я вообразила себя с Джошем. Его искренность и доброта, жизнелюбие и чувство юмора так долго были моей палочкой-выручалочкой, что я не представляла, как жить без них. Но, положа руку на сердце, понимала, что никогда не смогу удовлетворить его жажду в честности и открытости. Даже если буду сильно стараться. Джош не перестанет требовать ответов, вынуждая защищаться все сильнее, врать еще больше. Никто из нас не будет счастлив.

Картинка, на которой я представила нас с Джошем, треснула и рассыпалась, оставив неуютное ощущение раскаяния. Почему я не хочу даже попытаться измениться ради человека, который сделал для меня так много? Что со мной не так? Я хотела сохранить нашу с Джошем дружбу и уже жалела, что бросила его на набережной без объяснений. Но он хотел больше, а я нет.

Я долго размышляла, анализируя все поводы для раскаяния, как вдруг почувствовала запах сигарет. Кто-то курил прямо у меня под носом. Уняв возмущение, а потом испуг, я тихонько перевернулась и заглянула за край валуна. В темноте различался только темный силуэт и огонек сигареты, который то разгорался, то тух. Докурив, человек потушил сигарету, оставив окурок в той самой «пепельнице», которую я обнаружила несколько месяцев назад. Так вот он – мой неуловимый незнакомец.

Он неподвижно сидел на валуне лицом к океану и не шевелился. Интересно, о чем он думает? Какие печали и сожаления приводят его сюда?

Он встал и, прихрамывая, побрел по пляжу. Глубоко во мне шевельнулся такой сложный клубок эмоций, о существовании которого я даже не подозревала. Это непостижимое чувство зародилось уже давно, но я не отдавала себе отчета. В последнее время именно к этому человеку были устремлены все мои помыслы. В смятении и изумлении я провожала взглядом одинокую фигуру Чарли Таннера.

Всходила луна, словно подсвечивая мое ошеломление, а звезды мигали, поддакивая. Адреналин так шарахнул в кровь, что в глазах двоилось и расплывалось. Пульс долго не унимался, пока я соображала, что теперь делать. Ведь у меня все хорошо: я свободна и в безопасности, почему бы не попытаться быть счастливой?

С Чарли Таннером?

Во рту пересохло, руки и ноги дрожали, пока я спускалась с валуна на песок. Дикое предположение, что ему может быть интересно. Дикое, но такое заманчивое.

Босс опаздывал на летучку. Такого раньше не случалось. Все недоуменно перешептывались и спрашивали у Джоша, в чем дело, но тот не знал. Утром я трусливо прикидывала: может, не приходить на работу, сделать вид, что заболела? Но явка на летучку обязательна, если не хочешь испытать на себе укоряющий взгляд Таннера-старшего. В самом дальнем углу конференц-зала за спиной Ронни было удобно прятаться от Джоша. Он демонстративно меня игнорировал и делал непроницаемое лицо каждый раз, когда я бросала на него взгляд. Даже не представляла, что он чувствовал. Наверное, обижался. Или злился. Как все исправить и сохранить нашу дружбу?