Книга Девочка с фермы и мажор, страница 102 – Елена Твардовская

Улыбка сползла с его лица.

— Марго? — переспросил он, и голос его стал ровным, почти безжизненным. — Причём здесь она?

— Потому что Денис рассказал мне, — Ева подняла глаза, и в её взгляде было что-то, чего Глеб не мог прочитать. — Он видел, как вы с ней ворковали, когда ты приезжал в пекарню и привёз мне лошадку. Ты сделал мне подарок, а потом мило болтал со своей бывшей девушкой. И она села к тебе в машину.

Глеб потёр переносицу. Всё встало на свои места — её холодность, её желание уйти, её взгляд, которым она смотрела сквозь него. И от этого стало и легче, и тяжелее одновременно.

— Это не то, что ты подумала, — сказал он, и слова прозвучали глупо даже для него самого.

— Я ничего не подумала, — отрезала Ева, и в её голосе снова появился лёд.

— Да, — он усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — И поэтому разговариваешь со мной, как с последним мудаком?

— А вот об этом я как раз думала! — она вскинула подбородок, и её глаза, голубые, ясные, горели вызовом.

— Она просто сказала, что хочет поговорить, и мы поехали в кафе, — Глеб старался говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Всё. Ничего не было.

— Мм, как мило, — Ева скрестила руки на груди. — Меня это не интересует, — она выпалила это слегка обиженно, и тут же постаралась скрыть это от Глеба.

— Да почему я вообще оправдываюсь? — он не выдержал, и слова вырвались резче, чем он хотел. — Мы ещё не женаты, а ты уже выносишь мне мозг!

— И я никогда не стану твоей женой, Смирнов, — она подалась вперёд, и её голос зазвенел, как натянутая струна. — Потому что ты эгоистичный. И лживый. И бабник, которого интересуют только деньги!

Её несло и она уже не могла себя контролировать.

— Золотова, — Глеб чувствовал, как кровь стучит в висках, — может, ты наконец заткнёшься и дашь мне всё объяснить?

Но объяснить он не успел.

Дверь ресторана распахнулась, и в помещение вошли Марго и Валера. Марго была в коротком платье и с идеальной укладкой, Валера — в дорогом пиджаке, но с мутноватым взглядом человека, который начал отмечать ещё до обеда.

— Вспомнишь солнышко — вот и лучик, — прошептала Ева, отворачиваясь к окну, будто надеялась, что её не заметят.

Но Марго, как хищник, почуяла добычу. Её взгляд скользнул по залу, задержался на их столике, и в её глазах вспыхнуло что-то — не то удивление, не то злость. Она что-то сказала Валере, и они направились прямо к ним.

— Привет, — Марго остановилась у столика, и её улыбка была сладкой, как патока, и такой же приторной. — А вы чего тут? Не против, если мы присоединимся?

Ева молчала. Глеб тоже. Марго, не дожидаясь приглашения, уже собиралась сесть рядом с Глебом, но он, не говоря ни слова, поднялся и уступил ей своё место.

— Ого, Глеб, ты чего такой напряжённый? — Марго удивлённо похлопала длинными ресницами, присаживаясь за столик.

Глеб не ответил. Он смотрел на Валеру, который уже тянулся к стулу рядом с Марго, чтобы сесть рядом.

— Нет, дружок, — Глеб остановил его, положив руку на спинку стула. — Сначала ты извинишься.

Марго опешила. Валера замер, переведя взгляд с Глеба на Еву. Та сидела, не двигаясь, с непроницаемым лицом. Она не требовала извинений, но и не отводила глаз. Валера ещё несколько секунд соображал, что от него хотят, потом всё же опомнился, когда в памяти проплыли обрывки той самой вечеринки: Золотова в коротких шортах, пожар в доме Смирнова. Всё было смутно, но важное он всё же вспомнил.