Книга Девочка с фермы и мажор, страница 104 – Елена Твардовская

Марго побледнела. Её лицо, секунду назад такое надменное, стало серым, почти прозрачным.

— Он сделал тебе предложение? — прошептала она, и её голос дрогнул. — Но... когда вы успели?

— Когда ужинали с его родителями, — Ева смотрела на неё, и в её взгляде не было торжества. Только спокойствие.

— Вы... что? — Марго сглотнула. — Ах ты стерва. Я так и знала. Ты не просто девчонка с фермы. Ты хитрая охотница за миллионерами. Глеб, она тебя использует, ей нужны только деньги, разве ты не понимаешь?

Ева уже открыла рот, чтобы ответить, но Глеб опередил её. Он поднялся, и его голос, спокойный и твёрдый, перекрыл всё:

— Не суди по себе, Марго, — выдохнул он, затем быстро продолжил, — Классно посидели, с удовольствием поболтали бы с вами ещё, но нам уже пора, да, любимая?

Он протянул руку, и Ева, не раздумывая, взяла её. Встала, поправила сумку на плече, и на её губах заиграла улыбка — та самая, которую она дарила самым сложным клиентам в пекарне.

— Конечно, любимый, — сказала она, и её голос звучал мягко, почти нежно.

Она посмотрела на Марго. Выдержала её взгляд — полный ненависти, обиды, ревности. И не отвела глаз.

Глеб приобнял её за плечи, подозвал официанта.

— Запиши на счёт отца, — сказал он, и в его голосе снова появилась та самая наглая уверенность, которая выводила Еву из себя. — И добавь счёт за наш столик и за этот тоже. Мы угощаем.

Официант кивнул. Глеб взял Еву за руку, и они вышли из ресторана, оставив Марго и Валеру за столиком. Марго смотрела им вслед, и её глаза горели таким огнём, что стекла, казалось, могли треснуть. Но Ева не обернулась. Шла ровно, держа спину прямой, и чувствовала тепло его ладони, сжимавшей её пальцы.

На улице, у машины, она резко высвободила руку.

— Ты что, не мог промолчать? — спросила она, и в её голосе снова появился упрёк. — Или тебе очень хотелось похвастаться перед своей бывшей девушкой, какая у тебя насыщенная личная жизнь?

Глеб закатил глаза.

— Сколько можно объяснять, — он провёл рукой по волосам, и в его жесте было что-то усталое, почти сломленное. — Мне плевать на Марго.

— Поэтому ты ужинаешь с ней в ресторане, а потом пользуешься моментом, чтобы вызвать у неё ревность?

— Так это ты сказала ей про помолвку! — он повернулся к ней, и его голос стал громче.

— А что мне оставалось делать? — Ева чувствовала, как внутри закипает злость — та самая, которую она сдерживала весь день. — Она просто смотрела и испепеляла меня своим взглядом! Убить меня была готова за тебя!

— Пока ревнуешь здесь только ты, — сказал Глеб, и в его голосе появилась та самая наглая уверенность, которую она ненавидела.

— Я тебя не ревную! — выпалила Ева, и её голос сорвался. — Единственное чувство, которое я к тебе испытываю, Смирнов, это ненависть, тебе ясно?

— Да, скажи это ещё миллион раз!

— А что ты хотел услышать? — она шагнула к нему, и её глаза горели, голос дрожал от ярости, которую она больше не могла сдерживать. — Что я влюбилась в тебя после прогулки на озере? У нас сделка. И я не забываю об этом. И ты не забывай. И раз уже ты всем разболтал, что мы пара, то будь добр, не води по ресторанам свою бывшую, потому что это унизительно для меня! Я бы никогда не стала играть с тобой любовь, если бы мне не нужно было спасти свой конный клуб. Ты мне противен! Ясно?