Онлайн книга «Шёпот берёз»
|
А Иванна и другие подружки… нужны они больно, если будет Василий её мужем! Там уж сами ещё на поклон придут, чтобы на свадьбе погулять! И с того самого дня принялась Стеша ждать, когда Василий на неё внимание обратит, когда у плетня задерживаться начнёт, разговоры заведёт. Но никак русалочье чарование не помогало. По-прежнему Василий ходил по деревне гоголем, а если и заглядывался на кого, то только на Иванну. Иванна и сама подобрела, перестала смотреть волком, из хоровода Стешу не гнала, у колодца из разговоров не исключала. Да только Стеше этого больше не нужно было. Вознамерилась она за Василия замуж выйти, и эти подачки ей были точно кость собаке, которую хозяин и без того мясом кормит. Нет-нет да спускалась Стеша к реке в одиночестве, садилась на берегу, опускала руку в воду и шептала: — Что же ты, кумушка, кумовка? Где же мой жених, отчего на меня не глядит? Но молчала река, не показывалась и кума. Неужель обманула русалка и её слова точно речная вода – быстро течёт, да обратно не возвращается? Стеше начали сниться сны. Василий, что приходил к ней, брал за руки, целовал крепко, называл любой и зазнобой. А едва розовело небо и Стеша открывала глаза, чтобы собираться за водой да на коровник, так пропадало наваждение, и снова всё шло по старинке. Василия Стеша видела только издалека, да и то боялась слишком таращиться. А то, не ровён час, снова разозлится на неё Иванна, так и вовсе будет хоть на улицу не выходи! Всё чаще бегала Стеша к реке. То за одним, то за другим. А всё больше просто посидеть да на воду поглядеть. Не появится ли кумовка, не расскажет ли, когда Василий на её двор придёт или сватов зашлёт? Уж Стеша так ждала, так ждала, а на улице и глаз поднять на Василия не смела. Только ночью, свернувшись под одеялом на сундуке, Стеша мечтала, как будет целовать Василия, как запустит пальцы в его кудри и никакая Иванна или отец её староста ничего не посмеют сказать. Каждую ночь снился ей теперь Василий. И всё ближе и ближе он был к ней. Целовал не стесняясь, говорил слова ласковые, расплетал косы. Уже не девичью, а бабьи косы, что только ему одному видеть дано было. А потом темнота смыкалась над Стешей, и просыпалась она на своём сундуке. Трогала губы, во сне зацелованные, вздыхала тихонечко и снова бежала к реке. Опять смотрела на позеленевшую от водорослей воду да напрасно выглядывала кумовку. Так уж и месяц почти прошёл, близилась ночь на Ивана Купалу. Стеша собиралась обязательно искупаться ночью да поискать кумовку лично. Уж не утопит же она подругу задушевную! А потом со всеми прыгать через костёр да класть под голову собранные цветы, чтоб приснился непременно суженый. Только и так Стеша знала, кто приснится. Тот, кто и без того каждую ночь приходил. Но пока ещё до ночи было время, и Стеша снова шла к реке, но уже без мыслей о забывчивой куме, а со стиркой. Скинула она с мостков бельё в воду, где вода была не быстрая да дно мелкое, и принялась тереть да отмывать. Рано утром ходила стирать Стеша. После стирки руки становились красные да сморщенные, как у старухи. Не хотела она с такими руками Василию показываться. Пусть лучше думает, что коса у неё всегда волосок к волоску, щёки сами румянятся, а брови от природы чёрные. Полотенца разбухали и шли на дно, и Стеше приходилось запускать руку по локоть, чтобы вытащить их, зато простыни, напротив, надувались, точно рыбий пузырь, и плавали на поверхности. Одну за другой полоскала Стеша вещи. Нижние юбки и рубахи, рушники и скатерти, пока краем глаза не заметила, как в воде белело ещё что-то. Неужели так далеко уплыла рубаха, что с мостков и не достать? |