Книга Бывает и хуже? Том 2, страница 39 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Однако прямо сейчас я ничего сделать не мог. Надо было разузнать про это дело побольше.

— В любом случае, ещё раз допустишь перегрузку сети — пеняй на себя, — угрожающе сказал я. — У нас тут больница, жизнь и здоровье пациентов на первом месте. И ты поступил безответственно, даже не вылез из своей коморки, когда мы тут пытались разобраться.

— Больше такого не будет, — клятвенно пообещал Вадик. — И это… Никому нельзя говорить, что тут всё это. Понимаешь? Распоряжение главврача.

Ну точно что-то незаконное.

— А кто ещё в курсе? — спросил я.

— Не могу сказать, — помотал он головой. — В общем, за эту ситуацию извиняй и никому про увиденное не говори.

Не нравится мне всё это, ой не нравится.

— Только если подобного больше не повторится, — ответил я и вышел из помещения.

Оставаться там уже не мог даже физически, слишком душно. Как там этот Вадик сидит? И что он там всё-таки делает?

Вернулся в отделение терапии, сел в ординаторской и открыл интернет в телефоне. Попытался поискать значение слова «майнить», но ничего не понял. Ладно, у Гриши потом спрошу.

В дверь кто-то постучал.

— Войдите, — убирая телефон, сказал я.

Дверь открылась, и вошёл Гуров. Он устало провёл рукой по седым волосам и уселся на диван.

— У меня всё чисто, — сообщил он. — Не пойму, что вообще это было.

— Да, странный скачок, — задумчиво кивнул я.

Хирург внимательно посмотрел на меня.

— Вы что-то нашли, доктор, — покачал он головой. — Рассказывайте.

Айтишник Вадик только что велел мне никому не рассказывать об увиденном внизу. Но всё-таки его приказам я не подчинялся. И сам решал, что делать с этой информацией.

И почувствовал, что хирургу можно довериться.

— В подвале я нашёл помещение, забитое компьютерами, — проговорил я. — Какой-то айтишник там сидит. Сказал, что май-нит с разрешения главврача.

— Вот как, — усмехнулся Гуров. — Старый дурак, мог бы и догадаться. Снова Власов что-то мутит.

Он задумчиво посмотрел в окно.

— Вы не выглядите сильно удивлённым, — осторожно заметил я.

— Потому что я и не удивлён, — фыркнул он. — Власов уже пару месяцев заявляет, что мы много света расходуем. Мол, счета выросли. Завхоз ему поддакивает. А я сразу догадался, что снова какую-то херь задумал.

Гуров устало прикрыл глаза. Кажется, главврач тут многих напрягает. Его недолюбливают чуть ли не больше, чем прежнего Саню Агапова.

— Устал я, — внезапно сказал хирург. — Устал. От этого цирка, от безразличия людей, от Власова, от нехватки всего. Не того я ожидал, когда шёл работать в медицину.

Я молчал, давая ему выговориться. Чувствовал, что это сейчас ему нужно.

— Вот вы молодой, — продолжил Гуров. — Я таким же был когда-то. Энергичный, берётесь за каждую проблему. Хотя мне говорили, что это не про вас, теперь вижу — слухам никогда нельзя верить. Вы напоминаете меня в молодости. Но знаете, что удручает?

— Что? — осторожно спросил я.

— Вас таких — единицы, — он покачал головой. — В больнице есть молодёжь. Терапевт молодой, как его, Шарфиков. Молодой невролог Савинов. И они ничему учиться не хотят. Просто пытаются получить побольше денег, а на медицину им плевать.

— Но не все же такие, — заметил я.

— Не все, — согласился Гуров. — Но многие. Вот здесь в больнице работал молодой ординатор, Кирилл. Способный парень был. Я думал, хирургию в его руки передадим. А он полгода проработал — и в Москву уехал. Сейчас грудь накачивает да носы правит. Вот вам и призвание.