Книга На перепутье. Даард, страница 127 – Ника Летта

На двенадцатый день она сорвалась не сразу. Сначала всё было мелочами.

Ей отказали в доступе к третьей библиотеке. Потом страж сказал, что верхний сад закрыт “по распоряжению”. Потом Гриса сообщила, что на межрасовом съезде Аширо должна стоять в обозначенном месте, а не там, где выберет сама.

— Обозначенном кем?

— Советом подготовки.

— То есть мужчинами.

Гриса поджала губы.

— И мной.

Это немного испортило красивую злость, но не погасило. К вечеру Аширо захотелось воздуха. Не галереи. Не окна. Не сада, куда её ведут под охраной так, будто каждая ветка может оказаться драконом. А настоящего одиночества.

Она сказала стражам:

— Останьтесь у входа.

Старший сразу напрягся.

— Сая, нам приказано сопровождать вас.

— А я приказываю остаться.

— Саш Маарц…

— Саш Маарц сказал, что моё слово будут слышать. — вскинула она бровь.

Они переглянулись, она видела, как им не нравится выбор. Видела и всё равно давила.

— Я буду в верхнем саду. Один вход. Один выход. Вы стоите у двери. Если я захочу сбежать, придётся прыгать со скалы, а я сегодня не в настроении умирать так некрасиво.

Младший страж поперхнулся, старший побледнел.

— Сая…

— У двери, — повторила она.

И вошла в сад одна. Это было прекрасно.

Не потому, что сад был красив. Хотя он был. Каменные террасы, низкие деревья с серебристыми листьями, сухие травы, маленький источник в чаше из чёрного камня. Над Савашем уже темнело, красные скалы становились почти фиолетовыми, внизу горели огни гнезда.

Прекрасным было другое. Никто не стоял в трёх шагах и не считал её дыхание. Никто не смотрел на руки, на печать, на край платья, на её лицо.

Аширо медленно прошла к чаше, села на каменный бортик и впервые за долгое время позволила себе просто молчать.

Минут десять. Может, пятнадцать. Потом за спиной раздалось:

— Довольна?

Она вздрогнула так резко, что едва не поскользнулась. Даард стоял у входа в сад, без стражи. Аширо медленно поднялась.

— Вы следили?

— Иссскал.

— Я не терялась.

— Нет. — упрекнул он ее — Ты отоссслала охрану.

— Они у двери.

— Они не видят тебя.

— Один вход. Один выход.

— И три верхних уступа, по которым можно ссспуститься с другой стороны, если знать, где ссставить руки. Два ссслужебных отверстия для малых змайсов. Один сссстарый вентиляционный ход. И место за исссточником, где зеркало когда-то было ссснято, но рама оссссталась в камне.

Аширо молчала, советник скользнул ближе. Лицо его было слишком спокойным.

— Стражу сменить, — сказал он кому-то за дверью. — Ссстаршему ссспустить шшкуру кожаной плетью до первого слоя и понизить на нижний пост до решения. Младшего — к Иллирию, двадцать палок. Пусть объяснит, почему приказ сссаи оказался для него удобнее приказа дома.

У Аширо от жестокости советника внутри всё похолодело, а затем вспыхнуло.

— Нет.

Даард повернул к ней голову.

— Что?

— Я сказала: нет. — сделала она шаг к нему.

— Они нарушшшили приказ.

— Они выполнили мой. — пыталась достучатся до него Аширо.

— У них не было права. — голос его был твёрже стали.

Хвост лениво перекатывался по мостовой.

— Тогда зачем вы говорили, что моё слово будут слышать?

Вот теперь воздух между ними натянулся.

— Его уссслышали, — сказал Даард, и резко отвернул от нее лицо, словно не желал на нее смотреть — И ошшиблись.