Книга Кровь Древних Королей, страница 13 – Ким Сониль

— И как будешь ходить с такой рожей? – сказал он.

Сзади рассмеялись. Женщина в черной столе с любопытством смотрела на Кейна. Действительно, он пришел в трактир раненым, получил порцию нравоучений от хозяина – будто занимал не последнее место в трактирном обществе. Кейн не удивлялся, когда незнакомцы смотрели на него. Когда пытались заговорить. Или когда пытались заговорить, сидя сбоку от него.

Но эта женщина была странной. Ее одежда и прическа не подходили трактирной обстановке, как и вино в бокале. И она была одна. Почти все завсегдатаи приходили забыться после работы. Точно не ее случай. В этом трактире не искали развлечений на ночь. Более того, незнакомка даже не пыталась скрыть свою чуждость. Кейн думал и не мог понять, зачем она пришла сюда.

— Если такая красавица, как вы, улыбнется этому несчастному, он, вероятно, пойдет на улицу и нарвется на еще одну драку, – сказал Лукан.

Он подлил еще немного янтарной выпивки, затем взял свою тряпку и начал протирать бокалы.

Кейн разом выпил половину бокала. В нос и горло ударил запах грязи. Живя в Арланде, он не успел попробовать выпивку из-за юного возраста, но с детства помнил этот запах. Кейна передернуло, и он обратился к трактирщику:

— Знаешь богачей из Камори?

— Тебе лучше их знать, – ответил Лукан. – Ты же здесь со всеми знаком.

— Не со всеми, потому и спрашиваю.

— Насколько богатых богачей?

Лукан взял бокал, посмотрел через стекло на лампу, проверяя, отошло ли пятнышко, потом продолжил тереть его тряпкой.

— Достаточно богатых, чтобы одеваться в шелк из Кассии.

Брови Лукана взмыли вверх.

— Это не аристократ и не сенатор Камори? Не знаю. Хотя такой состоятельный уроженец провинций должен быть известным.

Зачем человеку из провинции, который сумел забраться в Имперский Сенат и занять там пост представителя своей страны, убивать простую девушку из малярной лавки? Кейн не мог сказать, однако постарался вспомнить сенаторов и представителей из Камори. Представитель Арланда был урожденным арландцем. Кейн никогда его не видел, знал только имя. В любом случае чиновники не жили в этом районе.

— Ты знал, что Пиена умерла? Сегодня утром.

— Пиена? Твоя подруга, с которой ты постоянно болтал? Как это случилось?

В голосе Лукана послышалось волнение, но он не бросил протирать посуду.

— Утонула в Апатосе.

— Ох…

Лукан почесал усы, будто размышляя о чем-то.

— Кое-кого припоминаю. Это не богач, а богачка, и ты ее не знаешь. Она торговка, ездит туда-сюда, так что не совсем местная.

Пока Кейн допивал, Лукан негромко рассказал о торговке по имени Гладис. Она родилась в Камори, возила товары по всему дистрикту Лонтария, потом поставляла их в метрополию. Значит, бывала и в Арланде, и в Редоне. Кейн вспомнил, что Пиена рассказывала о торговце, который заходил в лавку с красками.

— Один камориец говорил, что у Гладис монополия на пять товаров, которые производят в Лонтарии, – сказал Лукан с легкой завистью и кивнул на бутылку перед Кейном. – Это один из них.

Каждый торговец мечтал обладать монопольным правом на какой-нибудь товар. Похвастать даже одним могли немногие. А торговец с пятью должен был иметь хорошие связи во властных кругах, возможно, в самом Сенате.

Женщина на соседнем месте разглядывала бутылки с выпивкой, но при этом ни одно слово из беседы не проходило мимо нее. Слушая Лукана, Кейн скосил глаза, пытаясь незаметно осмотреть незнакомку более внимательно. Однако его взгляд останавливался на ее черной столе и таких же черных волосах в аккуратной прическе. Почему-то он не мог заставить себя посмотреть незнакомке в глаза. Захотелось быстрее убраться из бара, но Кейн подавил это желание. Тем временем Лукан продолжил рассказ: