Онлайн книга «Если вы меня слышите. Книга 1»
|
— Да и пацан еще не сбежал. Ни на кого никакой надежды. Бабкин думал, что Короленко запрется в туалете. Но тот снова возник в дверном проеме. Он бухнул на стол то, что нес в руках: большую стопку старых желтовато-коричневых папок. Помидоры подпрыгнули и раскатились в стороны. — Все, что смог, то скопировал. – Короленко рухнул на стул. – Унес на память. Пять лет после увольнения я над этими папочками сидел как сыч. – Он бережно погладил верхнюю. – Ладно, врать не буду: не пять, а три года. Другой бы за три месяца сдался, но я же упо-орный! – Он едко выделил последнее слово. – Мне же больше всех надо! Думал: дом не построил, сына не вырастил, но хотя бы мразь эту я смогу прищучить… Ни у кого не вышло – а Короленко, значит, справился! Не за-ради ордена, хрен ли мне в этом ордене… А чтобы, значит, один поступок – зато какой! Большинство во всю жизнь такого не совершат, а я вот смог, приподнялся над всеми. Во сне видел, как я ему, гниде, наручники надеваю и волоку его мордой по грязи. Даже харю его пытался разглядеть – без толку. Каждый раз он каким-то актером оборачивался – то Юрским, то Евстигнеевым, то вообще Мироновым. Странно даже, я ведь Евстигнеева сильно уважаю… Короленко ловко разделил кипу на две части, словно снял верхушку с колоды. Несколько папок осталось у него в руках, остальные он придвинул к сыщикам. — Вопросов пока задавать не надо. Илюшин подтащил табуретку ближе. Бабкин открыл верхнюю папку, бегло пробежался по обстоятельствам дела. Затем взял следующую. И еще одну. И еще. Оля Агафонова. Саша Бердаш. Вика Никитина. Алексей Куприянов. Денис Олейников… С фотокарточек на них смотрели детские лица. «Исчезла». «Не найден». «Пропала при невыясненных обстоятельствах». «Ушел из дома». «Ушел в школу и не вернулся». Две тысячи восьмой, две тысячи одиннадцатый, двое – в две тысячи четырнадцатом… — Все это – висяки, – глуховато говорил Короленко. – Дела сданы в архив, я их там и скопировал, одно за другим, и Агафонову, и Никитину, и Куприянова – всех… Тел не нашли, ничего не нашли, они словно растворились в воздухе. А свидетели показывают разное. То молодую женщину видели рядом с детьми, то, говорят, бабулька крутилась поблизости… Был бы я сдвинутый, как Петруша, давно уверовал бы в бесов. Да только это не бес, а человек из плоти и крови, что куда страшнее. — Сергей Палыч, объясни: с чего ты взял, что за исчезновениями детей стоит один человек? – спросил Бабкин. — Может, и не один, – неожиданно легко согласился Короленко. – Может, преступный синдикат. Я вот на тебя гляжу, тезка, и все мысли твои скептические у тебя на лбу написаны. Я это и от начальства годами выслушивал, и от коллег… А думаешь ты вот что: дети имеют обыкновение пропадать. Такие уж они безмозглые сволочи. В лесах теряются, в люки падают, на чердаки забредают – чего только с ними не случается. Кто серийнику в лапы попал, кто просто сгинул, а что уж там с телом произошло, отчего его не нашли – это второй вопрос… Сколько из дому бегут – не перечислить. Тут восемнадцать дел, и половину можно объяснить дурной случайностью. А кто-то, может, и жив-здоров. Верно я твои мысли прочел? — Я не вижу пока, на каком основании ты их объединяешь, – осторожно сказал Бабкин. – Кроме географии исчезновения. Но Москва большая, а у тебя здесь и Подмосковье фигурирует… |