Книга Только с тобой, страница 123 – Э. Сальвадор

На ее лице появляется самодовольная улыбка.

— Поосторожнее, звучишь ревниво и собственнически. Я могу поверить, что нравлюсь тебе.

— Что ж, я тебя не ненавижу, — я не уточняю, что имею в виду, потому что и сам себе еще не признался в этом.

Ее губы приоткрываются и снова смыкаются.

Я убираю руку с ее подбородка и хватаю за талию.

— Я достаточно ясно выразился, или нужно объяснить, чего я хочу?

— Нет, я понимаю.

— Хорошо, — хрипло отвечаю я и облизываю губы. Она следит за движением, и, прежде чем она спросит (а я знаю, что она спросит), — Аквафор у меня в кармане. — отвечаю я и похлопываю по правому карману.

Она опускает взгляд, но из-за того, что здесь довольно темно, не видит его, поэтому беру ее руку и прижимаю ладонь к карману.

— Я всегда ношу его с собой. Больше никаких потрескавшихся губ.

Она усмехается, поднимает на меня взгляд, но не убирает руку.

— Хорошо... потому что ты знаешь, как я отношусь к потрескавшимся губам.

— Знаю. Так что не беспокойся, они будут мягкими только для тебя.

Лэндон

Я пытаюсь уговорить себя спуститься вниз и поговорить с Джулианной, но, глядя, как мои друзья заказывают еще один раунд шотов, передумываю.

Мы едва успели начать наш разговор, и я уверен, что продолжили бы, но появилась Элоиза и увела Джулианну. Я не знаю, что произошло между ней и Майком, но, должно быть, что-то серьезное, потому что она поклялась, что убьет его, если немедленно не выпьет.

Джулианна, как и Джаггер, звала меня присоединиться, но я не могу себя заставить.

Шума и так уже достаточно, и я не вынимаю наушники, но и они помогают лишь отчасти. И если почувствую запах алкоголя хоть на каплю сильнее, меня вырвет.

Иногда могу заставить себя терпеть это, но сегодня все кажется непереносимым.

Я остаюсь в VIP-зоне, потому что, если на меня кто-нибудь что-нибудь прольет, особенно виски, сойду с ума.

Хотя сейчас я по-настоящему ненавижу свою чувствительность, потому что видел, как к Джулианне подходили десятки парней. Не знаю, что она им говорит, но никогда не берет у них напитки и не идет с ними танцевать. Впрочем, у девушек она тоже ничего не берет и не танцует. Она прочно сидит на своем барном стуле, прикрывая ладонью стакан, с которым коротает время.

Время от времени она поднимает глаза, наши взгляды сталкиваются, и она бросает мне высокомерную усмешку. Раньше я ее ненавидел, но теперь они мне нравятся, и я жду их.

Мысли резко обрываются, потому что перед ней оказывается Брук, разрывая наш зрительный контакт.

— К черту, — бормочу я себе под нос и решаю, что хватит оставаться на месте.

Я думал, они больше не общаются. Я слышал, как Джулианна говорила девушкам, что решила прекратить все, потому что они не подходят друг другу.

Я не успеваю сделать и шага, как рядом со мной оказываются Никки и Лия.

— Привет, — говорят они.

— Привет.

Я краток, но слова Никки останавливают меня на месте.

— Так вы теперь с этой бледной барби-стервой типа пара? — язвительно смеется она.

— Никки, перестань, — Лия качает головой, раздраженно фыркая, и затем обращается ко мне. — Она пьяна.

Никки фыркает.

— Ой, да брось. Не притворяйся, будто они все не на одно лицо. Фальшивые сучки, которые клянутся, что любят всех, и это их «кумбая³⁵—дерьмо».

— Если ты не заткнешься, мы уходим, — предупреждает ее Лия.