Книга Только с тобой, страница 62 – Э. Сальвадор

— Надеюсь, ты сгоришь в аду.

— Это тебя хоть немного успокоит?

Я решительно направляюсь в свою комнату и с грохотом хлопаю дверью. Это, безусловно, крайне незрело, но мне, честно говоря, абсолютно все равно.

Поставив корзину на пол, я торопливо натягиваю одежду и молюсь, чтобы хватило сил контролировать гнев и не ударить его. Все это время неотступно напоминаю себе, что он мне нужен, чтобы сдать эти чертовы экзамены. Какое же прекрасное, поистине безвыходное положение, в которое я угодила.

Вновь и вновь повторяю мантру и выхожу из спальни, сжимая в руке лист бумаги, на котором набросан наш «контракт на обучение».

— Вот, — говорю я, демонстративно шлепая бумагой ему по груди, затем беру ручку Полли, оставленную на кофейном столике, и бросаю ее в его сторону.

— Прочитай это и подпиши.

— О, это серьезно, — его голос полон неприкрытого сарказма, когда он пробегает глазами по бумаге. — Двухнедельный пробный период? Что это, членство в элитном клубе?

Сложив руки на груди, я нетерпеливо постукиваю ногой.

— Как видишь, это сумма, которую я собираюсь тебе заплатить. Мне нужно быть уверенной, что получаю отдачу за свои деньги.

— Не то чтобы мне нужны твои деньги, — сухо, почти ледяным тоном заявляет он.

Не знаю, как воспринимать его слова. Возможно, я слишком много в этом вижу, но это не звучит как шутка, или, по крайней мере, не в его обычном стиле. У него очень сухое чувство юмора, которое, как правило, бывает довольно колким и едким.

Любопытство медленно, но верно закручивается в голове, словно назойливый водоворот. Я должна бы проигнорировать эту настойчивую мысль, но разум просто не может ее отпустить.

Не спрашивай его. Это не имеет значения. Это, вероятно, ничего не значит. Не делай этого, Джулианна.

— Если тебе не нужны мои деньги, то что ты хочешь?

Лэндон не отрывает взгляда от бумаги, но я точно знаю, что он ее не читает. Он обдумывает вопрос, бездумно постукивая ручкой по колену. Затем, наконец, переводит взгляд на меня, скользит им по моему телу, изучая, а потом снова возвращается к бумаге. Без единого слова он подписывает ее и протягивает мне.

Я осторожно принимаю ее, все еще недоумевая, что же это все значит.

— Ух ты, как-то не очень захватывающе.

— Заинтригована, да? — в его голосе звучит такое неприкрытое высокомерие, что я мгновенно начинаю сожалеть о своем любопытстве.

— Совсем нет, — отвечаю, стараясь придать голосу абсолютное равнодушие, пока ловко складываю бумагу, надеясь, что ни один мускул на лице не выдаст моего глубокого раздражения. Лэндон — единственный человек во всей этой огромной, сумасшедшей вселенной, способный вызвать во мне этот хаотичный, бурлящий вихрь эмоций, который я с таким трудом пытаюсь скрыть.

— Мне абсолютно все равно.

Он усмехается, медленно облизывая губы, и эта ухмылка отдает такой самоуверенностью, что хочется сорваться.

— Лгунья.

Я лишь пожимаю плечами, отворачиваясь и направляясь на кухню, и именно в этот момент до меня вдруг доходит жуткая мысль: Лэндон и я теперь будем проводить вместе намного больше времени, и каким-то образом нам предстоит сделать это возможным. Возможно, я совершила ошибку, чудовищную ошибку. Это не сработает. Нет ни малейшего шанса, что мы сможем отбросить наши непримиримые разногласия на целый семестр. Если, конечно, он сможет хоть немного соответствовать моим стандартам в эти следующие две недели.