Книга Мясная лавка, страница 118 – Джуно Доусон

Несколько дней провожу на кастингах. В половине случаев я даже не понимаю, для какой они кампании. Как всегда, русские Злючки тусуются вместе, а меня игнорируют. Многие из них выглядят совсем-совсем юными, прямо малышки. Я ухитряюсь заблудиться не меньше триллиона раз, а когда прошу помочь, вокруг никто не говорит по-английски. По дороге на один кастинг я просто уселась на тротуар и сидела, пока Айко не спустилась и не нашла меня.

Кампания Fujitsu рассчитана на два дня. День на печатные материалы и день на телевизионную рекламу. Все сделано в стиле ретро шестидесятых, а меня одели и причесали под Твигги. Это очень круто, но в день съемок ролика мы возимся до двух часов ночи, причем мне нужно попытаться сказать несколько строчек на японском. У меня не получается выговорить все без ошибок, так что, в конце концов, режиссер орет на меня и, схватившись за голову, бросается прочь. Вот и хорошо.

Может, сообразишь, что есть такая вещь, как дубляж, дубина.

Меня подписали на серию съемок для каталога, так что придется задержаться на пару дней, но зато я получаю выходной. Собираюсь посмотреть Японию, найти какой-нибудь храм, утопающий в цветах, почувствовать себя туристкой, но от усталости валюсь с ног и в результате дрыхну почти целое воскресенье. В девять будильник срабатывает, но в ответ я лишь натягиваю на голову одеяло. Ничего мне не надо, хочу только домой.

В конце концов, я встаю около часа дня, одеваюсь. Я обещала Сабе привезти что-то клевое и очень-очень японское – а мне до смерти хочется вернуть ее доверие и расположение. Глотнув кофе, я на метро отправляюсь в район Харадзюку. Две школьницы (форма на них, как в фильме «Королевская битва»), хихикая, щелкают меня исподтишка на свои мобильники. Пора мне уже в суд на таких подавать.

Харадзюку – именно такой, как я надеялась, то есть абсолютно чумовой и безбашенный. Такого количества молодежи разом в Лондоне не встретишь нигде (у нас сейчас без двадцати пяти фунтов в кармане можно из дому не выходить), но, если уж искать сходство, я бы сравнила этот квартал с Кэмден-маркет^[53]. Харадзюку тоже напоминает уличный рынок с лавчонками, ларьками и музыкой. Весь он розовый, как сахарная вата, с яркими фиолетовыми и кислотно-зелеными огнями. Здесь невероятно круто, и мне до боли хочется, чтобы Саба или Ферди тоже это видели.

Что касается нарядов и стилей, они здесь бомбические. Девочки на Харадзюку делятся на несколько типов. Я знаю о стиле «лолита», но и они разные – одни больше с уклоном в готику, другие похожи на куколок. Даже не знаю, как я отношусь к девушкам, которым нравится одеваться в духе нимфеток из романа о педофиле. Однажды я честно пыталась прочитать «Лолиту», но не осилила: стало скучно до чертиков, я переключилась на комикс «Девушка-белка». Но в любом случае девчонки здесь выглядят потрясающе.

Я прохожу квартал за кварталом в поисках магазина «Кидди Лэнд» – там-то я и собираюсь поохотиться за подарком для Сабы. Магазин игрушек нереально огромен – ничего подобного я никогда не видела – и очень, очень японский. Как будто весь мой мозг внезапно заполнили всякими блестящими «кавайными» мимимишками. Честно говоря, я могла бы с удовольствием провести здесь остаток дня.

— Яна Новак. Вот так сюрприз!