Книга Мясная лавка, страница 128 – Джуно Доусон

Она улыбается:

— Я жила в Нью-Йорке, когда работала. Люблю этот город. И ты полюбишь, но дома все равно лучше.

Я снова передергиваю плечами.

— О, а вот и она! – Ческа ждет в приемной Арабеллу, и сейчас она входит в агентство. Нет, не она, а две трети прежней Арабеллы. Я глазам своим не верю. Она сильно сбросила вес, а ведь ей вообще не нужно было худеть. У нее больной вид, скулы выпирают, а глаза ввалились.

— Боже мой, – тихо выдыхаю я.

Арабелла подходит, обнимает меня, а мне, кажется, и обнять-то нечего.

— Привет, дорогая! Как ты?

— Я… ничего… нормально. А ты как?

— А у меня все хорошо. – Но выглядит она паршиво, как будто на нее навалился какой-нибудь библейский мор или другая хворь. Глаза тусклые, ни дать ни взять – зомби.

За спиной у Арабеллы возникает Мэгги.

— Привет, милые. Белла, солнышко, ты выглядишь блестяще. Это все та же диета, на соках, или какая-то другая?

— Да, – говорит Арабелла, а глаза затуманенные, отсутствующие. – Сбросила до пятидесяти килограммов.

— Превосходно! Молодец, умница! Продолжай, не останавливайся! К Неделе моды надо, чтобы остались одни косточки.

Я плюхаюсь на диван, не веря своим ушам. Она правда это сказала, мне не мерещится? Вы серьезно? Мне дурно. Соковая диета? Это еще что за хрень?

— Яна! Малышка! Ну-ка, иди сюда, чем ты нас порадуешь?

Я встаю, и Мэгги душит меня в объятиях.

— У меня для тебя сногсшибательная новость… Дермот спрашивает, согласна ли ты быть его парой на… Met Gala^[56] в мае?

На днях он прислал мне эсэмэс, спрашивал об этом, но я не ответила. Я до сих пор настолько не в себе, что не могу ни на что реагировать.

— Конечно. Почему нет?

— Яна! – Ческа явно в шоке. – Это Met Gala! Люди готовы на смертоубийство, чтобы только туда попасть!

— Так пусть вместо меня пойдет кто-то из них.

— Ну-ка, полегче, юная леди, ты должна быть благодарна! – Мэгги шутливо шлепает меня по заднице, и мы начинаем подниматься на второй этаж в переговорную.

— Мэгги, подожди! – Ро (она работает за столом бухгалтера) бросает телефонную трубку на рычаг. – Потрясающая новость… Элиссу Сэйерс отобрали для эдиториал Fashion and Art, с Лукасом.

— О, великолепно! Великолепно!

— Лукасом Блоу? – переспрашиваю я. Последнее слово застревает у меня в горле.

Ческа, Ро и Мэгги, замерев, молча смотрят друг на друга.

Наконец Мэгги откашливается.

— Да, именно так.

Арабелла ничего не понимает. После Парижа я с ней еще не виделась.

— Вы не можете этого сделать, – говорю тихо, я же не собираюсь устраивать шумную сцену. – Элисса, ей же… сколько, четырнадцать?

— Уже пятнадцать, – чирикает Ро.

На этот раз я не стараюсь понизить голос:

— А Лукас Блоу – самый настоящий…

— Яна! Довольно! – рявкает Мэгги, но тут же берет себя в руки. – Дорогая, я сама поеду на съемки с Элиссой, буду при ней дуэньей. Все хорошо.

Ро кажется смущенной. Ческа изучает свои туфли. Мэгги улыбается, но глаза у нее ледяные.

— Нет, – говорю я. – Я этого больше не допущу.

Туман, наконец, рассеивается, и я отчетливо вижу все на много гребаных миль вперед.

— Яна, – вступает Ческа.

— Я ухожу.

Резко развернувшись к ним спиной, я покидаю агентство. Если они меня чему и научили, так это уверенно ходить.

Расталкивая туристов, я несусь к метро по Оксфорд-стрит и через секунду упираюсь в собственную глупую физиономию – она гримасничает на рекламном щите возле Coda, на углу Риджент-стрит. Ох, видимо, кампанию уже запустили. Отлично. Я – пятидесятифутовая женщина в узеньком золотом бикини.