Книга Фиаско Красной Шапочки, страница 39 – Елена Логунова

— Да вообще! Профессора кислых щей! — фыркнул Солнцев. — Уж такой культур-мультур, такой винтаж-минтаж, что у них даже сайта нет, представляешь? Олдскульные они. Мегаклассические. И цены лупят такие, словно не на бумаге печатаются, а на пергаменте.

— У тебя на них зуб? — догадалась я.

— Размером с дуб! — подтвердил Солнцев. — Они у меня знаешь какого жирного карася-порося увели? Самого Пичугина-Бенуа. Мои продажники его три месяца окучивали, уговаривали-заговаривали, уже почти условились об эксклюзивном интервью по достойной цене, но тут вдруг золотая рыбка вильнула хвостом и уплыла, такие дела.

— Клиент предпочел «Артэль»?

— Ну! И, главное, их рекламщица нашу там встретила, и такая-сякая: «Ой, а что вы сюда все ходите, вы сюда уже не ходите, тут для вас ничего не осталось». Прикинь? Коза-дереза! Ничего для нас не осталось — это в офисном небоскребе, где на каждому шагу — по жирному пирогу!

— Сотрудница журнала ходила к Пичугину-Бенуа в башню Лахта-центра? — перевела я с Петиного языка на человеческий.

Это была хорошая новость. Для меня, не для Пети. Стало понятно, где можно разжиться экземпляром журнала «Артэль».

Я потянулась к смартфону и дернула Ирку:

— У тебя какие планы на завтра?

— Ой, как хорошо, что ты позвонила! — обрадовалась подруга. — Я хотела спросить у тебя то же самое. Есть предложения?

— Не хочешь прогуляться со мной в Кукурузину?

— Опять к Пичугину, который Бенуа? — Ирка голосом выразила сомнение, но решилась: — А давай, у него чай вкусный.

Пичугин-Бенуа ей не нравится, а вот крошечные пирожные, которые в офисе олигарха подают к чаю-кофе, она горячо одобряет.

Тут надо, наверное, объяснить, как мы, простые смертные, оказались в числе тех счастливчиков, которых олигарх принимает как дорогих гостей.

Мне думается, это один из тех случаев, которые народная мудрость определяет пословицей «От ненависти до любви один шаг».

Пару-тройку лет назад Пичугин-Бенуа попытался хитростью подгрести под себя часть бизнеса, доставшегося по наследству одной прекрасной старушке — вдове генерала и, что важнее, приятельнице Марфиньки и тети Иды. Тогда мы с Иркой расстарались и, образно говоря, надавали олигарху по жадным лапам, отстояв бабулино добро^[1]. Но Пичугин-Бенуа, что примечательно, не обиделся, даже проникся к нам уважением и позже охотно поучаствовал в другой нашей истории — уже как меценат. Есть, есть у Анатоля авантюрная жилка, биение которой в налаженных бизнес-процессах олигарха затруднено, а мы регулярно помогаем этой стороне его личности проявиться.

А нам же не жалко, мы и себе скучать не даем, и с окружающими приключениями делимся.

На следующий день мы с подругой приехали к Лахта-центру, куда вообще-то так просто не попасть: нужно или платную экскурсию брать, или иметь подтвержденную деловую необходимость. Я отправила Пичугину-Бенуа свойскую эсэмэску: «Мы тут рядом. Как насчет пятиминутной аудиенции?» — и в ожидании ответа потащила Ирку кататься на качелях-лодочках.

В детстве я очень любила такой аттракцион, могла зависать на нем часами. На этот раз покачаться вдоволь не вышло, потому что олигарх и меценат отреагировал на мое сообщение быстро и предсказуемо — тоже по-свойски написал: «Заскакивайте». А лодочки, как выяснилось, злые люди успели снабдить ограничителями, не позволяющими раскачаться как следует.