Книга Фиаско Красной Шапочки, страница 41 – Елена Логунова

— А куда мы их дели?

Потолок не ответил, и тогда олигарх-меценат досадливо позвал:

— Василиса!

— Да, Анатолий Петрович, — отозвался приятный женский голос с небес.

Я вздрогнула, Ирка поперхнулась пирожным.

— Василиса, где те журналы, что приносила барышня из редакции «Артэль»?

— Три экземпляра последнего номера, в котором ваше интервью, сейчас лежат на столиках в большой приемной, а позже будут архивированы, — без малейшей заминки отозвалась потолочная девушка. — Что до более ранних номеров, представленных вам на ознакомление, то сохранять их не было резона…

— Блин! — Я не сдержала досады. — Вы их выбросили?

Тишина.

— Василиса, где те журналы? — строго спросил Пичугин-Бенуа.

На него потолочная девушка отреагировала моментально:

— Их отдали в наш салон красоты. Там иногда случаются периоды ожидания, которое клиенты коротают за просмотром глянцевых журналов.

— Что за салон красоты? — спросила я. Противная невидимка опять мне не ответила, а олигарх-меценат, пожав плечами, объяснил:

— Сами понимаете, бывает необходимо срочно освежить стрижку, поправить маникюр, а то и в альфа-капсуле с полчасика полежать. Очень удобно, когда все это тут, рядом, быстро и в атмосфере приватности…

Я посмотрела на Ирку. На ее лице отчетливо отразилась пролетарская ненависть, но она поборола это недостойное чувство, закинув в рот одно за другим сразу три крошечных пирожных — как цветные таблетки от черной зависти.

— Анатоль, а можно нам заглянуть в ваш салон красоты? — Я обратилась напрямую к Пичугину-Бенуа, уже не надеясь на отклик высокомерной невидимки.

— Василиса, устрой это, — распорядился он.

— Конечно, — безропотно согласилась невидимка и тут же сменила тему, будто подчеркивая, что наше дело крайне незначительное. — Анатолий Петрович, прибыли шведы. Ждут в ромбовидном кабинете.

— Буду через минуту. — Пичугин-Бенуа поднялся, развел руками. — Увы, вынужден вас покинуть — дела, дела. И вечный бой, покой нам только снится!

Я заворочалась, пытаясь выбраться из слишком мягкого кресла, но олигарх-меценат остановил меня жестом:

— Допейте чай, я настаиваю.

Вежливый! Мог бы прямо сказать: «Доешьте пирожные. Их уже не так много осталось».

— Василиса все сделает.

С этими словами гостеприимный хозяин ретировался.

Ирка проводила его взглядом, закинула в рот очередное пирожное, хмыкнула и сказала:

— Представь, он сможет в старости рассказывать: «Было время, я бился со шведами!» — и все будут думать, что его молодость пришлась на семнадцатый век!

— Как думаешь, Василиса сама отведет нас в этот их салон? — Ирка посмотрела на потолок. — Или сработает как навигатор, подсказывая сверху: «Поверните налево… Пройдите сто метров вперед»?

— Если Василиса — живая девушка, у которой есть ноги, в чем, впрочем, сомневаюсь… — Я не успела договорить: на пороге как раз возникла вполне живая девушка.

И ноги у нее были, да еще какие! Их совокупной протяженности могла позавидовать Байкало-Амурская магистраль.

— Дамы, меня послала за вами Василиса, прошу за мной, — дежурно улыбнулась девушка-БАМ и отступила в коридор.

Мы выкарабкались из донельзя гостеприимных кресел и побрели к двери.

Просторы ВИП-офиса начинали меня угнетать. Вдруг подумалось, что девушка-посыльная не сумеет сберечь здесь свои супердлинные ноги: за год-другой сотрет их до стандартной длины в прогулках по бесконечным коридорам.