Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 58 – Валентина Зайцева

— Неужели моя госпожа так сильно скучала по мне?

Тихий, вкрадчивый смешок раздался из темноты прямо за моей спиной. Моё сердце испуганно и сладостно дрогнуло, и я стремительно обернулась...

Когда я снова открыла глаза, вокруг царило абсолютное, давящее и замкнутое пространство. Я растерянно моргала в кромешной тьме, пока в памяти судорожно восстанавливались обрывки воспоминаний перед тем, как я лишилась чувств.

Я вспомнила его тихий, издевательский смех. Вспомнила, как обернулась, окрылённая глупой надеждой, и как чужая стремительная тень мгновенно накрыла мои глаза. Затем последовал резкий, покалывающий укол боли за ухом... Моё тело обмякло, и я безвольно рухнула в чьи-то широкие, надёжные и пугающе крепкие объятия. А затем я очнулась здесь.

Подо мной был расстелен невероятно мягкий, гладкий атласный матрас с изысканной вышивкой, голова покоилась на пуховых подушках, а по бокам сквозь крошечные отверстия пробивался свежий воздух... Если я всё правильно поняла, меня заперли внутри того самого огромного алого сундука.

Где я находилась в этот момент — оставалось лишь гадать. Внезапно я ощутила лёгкий толчок, качка прекратилась, и сундук бережно опустили на землю. А затем послышались знакомые, размеренные и пугающе уверенные шаги.

Я до крови закусила губу, затаив дыхание.

Раздался тихий щелчок, шорох открывающегося замка, и тяжёлая крышка распахнулась, впуская внутрь поток ослепительного дневного света. Ну конечно. Над краем сундука склонилось безупречно красивое, мертвенно-бледное лицо Каллума Рейна. Наши взгляды встретились. В его бездонных чёрных глазах плясали опасные смешинки. Он подался ниже, и прядь его тёмных волос соскользнула с плеча, едва не коснувшись кончика моего носа. С неподдельным, порочным удовольствием он созерцал мою беспомощную позу на дне своей роскошной темницы.

Каллум медленно, завораживающе сморгнул, и его губы изогнулись в опасной, пьянящей улыбке: — Пришлось потратить немного времени, чтобы запутать следы и оторваться от назойливых ищеек Императора. Моя госпожа, должно быть, исстрадалась в этой тесноте?

— Что…?

У меня просто не было слов. Я лишь яростно сверкнула на него глазами. От моей недавней девичьей тоски и капли гнева не осталось — только чистая, звенящая беспомощность перед его абсолютным безумием. Я подняла руку, сердито отбрасывая в сторону шелковистую прядь его волос, и шумно выдохнула: — Вейн, во имя Богини, что ты творишь?! Что это значит?

— Разве моя госпожа не обещала, что позволит мне забрать из поместья Валериусов одну-единственную вещь, какую я сам пожелаю? — Каллум осторожно, с пугающей, собственнической нежностью коснулся моего лица, ведя пальцами по щеке, словно оберегая величайшее, хрупкое сокровище. Он растягивал слова с интонацией истинного тирана, безумного и преданного: — Вещь, которую я так страстно желал украсть у этого мира... это сама моя госпожа.

Элара Валериус

— Когда ты обманом заставил меня согласиться на прощальный дар, то ни словом не обмолвился, что собираешься похитить живого человека! — воскликнула я, чувствуя, как внутри закипает гремучая смесь из гнева и паники.

Его дерзость переходила все мыслимые границы. Впрочем, стоило мне взглянуть в его глубокие, пугающие глаза, как пришло горькое озарение: если бы он не творил подобные бесчинства, он просто не был бы Каллумом Рейном.