Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 60 – Валентина Зайцева

Он продолжал массировать мою ногу — неторопливо, сосредоточенно, полностью погрузившись в это занятие. Его полуопущенные длинные ресницы отбрасывали мягкие тени на бледные скулы, отчего линия его прямого носа казалась ещё острее, а губы — чувственнее. В этот миг, в полумраке трактирной комнаты, его точёные аристократические черты лица казались пугающе, невероятно красивыми.

Покончив с левой ногой, Каллум без лишних слов переключился на правую. Его длинные бледные пальцы обхватили мою лодыжку. Он на мгновение замер, словно удивлённый тем, как легко его ладонь сомкнулась вокруг хрупкой кости, полностью окольцевав её. Всего одна ладонь... В полумраке трактира я видела, как его взор стремительно темнеет, наливаясь хищным, пугающим интересом. Когда его пальцы медленно, сантиметр за сантиметром, скользнули вверх по моей коже, я ощутила лёгкую щекотку и внезапный, удушающий трепет перед его внутренним демоном. Это было слишком опасно, слишком интимно. Поспешно выдернув ногу из его плена, я торопливо одёрнула абрикосовый шёлковый подол, скрываясь от этого раздевающего взгляда.

— Достаточно, — выдохнула я, отводя глаза и пытаясь вернуть себе хотя бы видимость хладнокровия.

Каллум посмотрел на свою опустевшую ладонь. Он медленно потёр кончики пальцев друг о друга, словно улавливая моё ускользающее тепло, и недовольно, раздражённо цыкнул, явно раздосадованный моим неповиновением. От этого звука по моей спине пробежал лёгкий холодок.

Сделав вид, будто не заметила его секундного гнева, я осторожно пошевелила руками и ступнями, проверяя, прошла ли онемелость. В груди нарастала глухая тревога.

— Увезти меня из дома в такой момент... — сокрушённо простонала я. — В поместье Валериусов сейчас, должно быть, творится полное безумие. Отец и родные сходят с ума от страха за меня.

— Они не станут тревожиться, — Каллум небрежно опустил ладонь на своё колено, произнеся это с абсолютным, леденящим спокойствием, словно речь шла о пустяке, а не о дерзком похищении. — Я уже отправил человека к твоему отцу. Мой посланник просто поставил его перед фактом.

«Поставил перед фактом»... Я удивлённо округлила глаза, поражённая его восхитительной и одновременно жуткой циничной прямотой. Изгнанный Седьмой принц просто уведомил главнокомандующего империи Остерия, что его дочь теперь находится в чужих руках! Сделав глубокий вдох, я лишь беспомощно и обречённо вздохнула, окончательно смиряясь со своим положением. Я слишком хорошо понимала: спорить с этим безумцем бесполезно.

Я уже живо представляла, какую бурю противоречивых чувств вызовет у отца и Юлиана циничная записка Каллума, поставившая их перед совершившимся фактом. Мой суровый отец-генерал и рассудительный брат наверняка разрывались между яростью от дерзости изгнанного принца и глухой тревогой за мою судьбу.

Я ни на миг не сомневалась, что ради меня Каллум просчитал каждый шаг — этот пугающий, порочный мужчина обладал достаточной силой, чтобы защитить меня от любой бури, разорвав напополам каждого, кто посмеет поднять на меня взор. Но как же моя семья?

Мне было неведомо, отвёл ли этот безжалостный Седьмой принц в своём грандиозном, смертоносном плане хоть какое-то место для безопасности дома Валериусов. Наш поспешный, безумный побег не мог в одночасье исправить удушающее положение, в котором оказались мои родные перед лицом паранойи Императора Октавиана.